В поисках Атлантиды

Тибет

Солнце еще не поднялось над вершинами Гималаев, но Генри Уайлд был уже на ногах. Он бодрствовал уже больше двух часов, ожидая, когда в рассветных лучах проявятся горы.

Он подумал, что ждал этого момента все последние годы своей жизни. То, что начиналось как мальчишеское любопытство, выросло в одержимость. Он не сразу решился использовать это слово, но так оно и было. Одержимость, которая сделала его объектом насмешек и подтрунивания со стороны академического мира; одержимость, отобравшая практически все деньги, которые он сумел заработать за целую жизнь.

Но благодаря именно этой одержимости он познакомился с одной из самых замечательных в его окружении женщин.

— Сколько еще до восхода солнца? — спросила Лора Уайлд, его жена, кутаясь в толстую парку. Они поженились почти двадцать лет назад, а познакомились еще студентами выпускного курса Колумбийского университета в Нью-Йорке. Они сразу заметили друг друга — и было бы трудно не заметить: Генри был пепельным блондином более шести футов ростом, а волосы Лоры переливались таким красивым оттенком красного дерева, что казались почти неестественными. Заговорили же они только после того, как профессор высмеял перед всей аудиторией сочинение Генри о предмете его страсти. После первых же трех слов, произнесенных Лорой, Генри влюбился в нее.

Она сказала: «Я тебе верю».

— Теперь уже в любую минуту, — ответил Генри, взглянув на часы, и нежно ее обнял. — Жаль, что с нами нет Нины. — Нина, их дочь, была второй замечательной женщиной.

— Следовало подождать, когда она сдаст экзамены, — напомнила Лора.

— Вини не меня, вини китайское правительство! Я хотел приехать в следующем месяце, но они даже палец о палец не ударили, чтобы организовать все, как я просил; сказали: либо так, либо никак…

— Дорогой?

— Что?

— Я нисколько тебя не виню. Я ведь тоже боялась упустить эту возможность. Но конечно, мне хотелось бы, чтобы и Нина тоже оказалась здесь.

— Открытка из Сюйлаодана далеко не компенсация, правда? — вздохнул Генри. — Мы таскали ее по всему миру, а когда нам наконец удалось напасть на реальный след, Нина не смогла поехать!

— Мы думаем, что напали на след, — поправила его Лора.

— Через минуту мы все узнаем. — Он указал на местность перед собой. Три снежные вершины примерно одинаковых размеров высились за холмистым плато, на котором они разбили лагерь. Пока они еще были в тени высокого хребта, но когда солнце поднимется над этой преградой, картина изменится. А если собранные ими свидетельства являются правдой, то она изменится самым эффектным образом…

Генри встал и предложил руку Лоре, чтобы помочь ей подняться. Выпрямляясь, она выдохнула облачко пара — плато располагалось на высоте больше десяти тысяч футов над уровнем моря, и воздух был разрежен и холоден, чего прежде им испытывать не приходилось. Но еще он был чист и прозрачен.

Почему-то Генри знал, что они найдут то, что ищут.

Первый рассветный луч добрался до трех вершин. Точнее, до одной из них, центральной: сверкающий золотой свет вырвался из ослепительно белого снега и, почти как жидкость, медленно потек вниз. Обе горы по сторонам оставались в тени — высокий хребет все еще не пускал к ним рассвет.

— Все правда… — прошептал Генри с трепетом в голосе.

Лора была более сдержанна.

— Мне кажется, это действительно напоминает Золотую Вершину.

Он улыбнулся ей, прежде чем вновь взглянуть на открывавшуюся перед ними картину. Гора просто горела в солнечных лучах.

— Они были правы. Черт возьми, они были правы!

— Это по-своему даже неприятно, — сказала Лора. — Подумать только, наци узнали о ней первыми и едва не нашли ее.

— Но они не нашли. — Генри шагнул вперед. — Мы сделаем это.

Золотая Вершина — до сегодняшнего утра не более чем легенда, часть старинного фольклора — была последним недостающим звеном в головоломке, которую Генри составлял всю жизнь. Он точно не знал, что именно найдет. Но был уверен: она даст ему все, что нужно для достижения конечной цели.

Легенды легенд.

Атлантиды.

Ослепительная игра света на Золотой Вершине длилась всего минуту, потом солнце поднялось и осветило соседние горы. К тому времени, когда группа начала восхождение по восточному склону, солнце уже было высоко над головой. Теперь, когда ее спутницы вышли из тени, центральная гора в ярком свете дня была неотличима от остальных.

Экспедиция состояла из семи человек: трое американцев и четверо тибетцев, которых наняли в качестве носильщиков и проводников. И хотя эта местность была им известна, они не меньше своих иностранных спутников были изумлены тем, что народное предание оказалось реальностью. Даже по тибетским стандарта этот район считался пустынным и недоступным, и Генри понял, что они, похоже, являются единственными представителями Запада, которые стали свидетелями этого прекрасного зрелища.