В погоне за ихтиозаврами

Иллюстрации М. Туровского, А. Туровского, А. Гети.

История, которую я собираюсь рассказать, началась почти двадцать лет назад.

Закончив работу на Чукотке, мы вдвоем с товарищем возвращались в Петропавловск-Камчатский — на основную базу нашей физико-географической экспедиции. Устроились на небольшом буксирном катере, который перегоняли на Камчатку.

Выйдя из гавани Эммы в бухту Провидения, где расположены поселок и порт Провидения, мы зашли на Пловер за разрешением выйти в море. Стоял август, но на Чукотке лето такое, что редко когда можно ходить без телогрейки или теплого пальто. С Берингова моря дул холодный ветер, моросил мелкий неприятный дождь, но мы не покидали палубы. Над бухтой парили большие полярные чайки, на невысоких волнах покачивались кайры, такие жирные, что не могли даже взлететь, а убегали от катеров по воде, быстро-быстро взмахивая маленькими крылышками. Но мы смотрели не на чаек и кайр, а на стадо зубатых китов — кашалотов, которые как раз вошли в бухту. Они плавали метров за пятьдесят от катера, — мне еще никогда не приходилось видеть их так близко, — и мы хорошо разглядели этих могучих черных зверей с тупыми, словно обрубленными мордами.

Потом мы вышли в море. С погодой нам не повезло. Не то чтобы очень штормило, но вокруг было мрачно, часто моросил дождь, а мертвая волна, немилосердно раскачивая буксир, просто изнуряла.

Неожиданно приветливо встретил нас Тихий океан. Солнце разогнало тучи, как только мы прошли южную границу Берингова моря — невидимую условную линию от Командорских островов до Камчатки.

И сразу мы увидели новых обитателей моря, и, пожалуй, самых грозных — огромных дельфинов-касаток. Их острые спинные плавники, словно перископы подводных лодок, появлялись из воды то впереди, то позади буксира. Когда касатки плыли близко к поверхности, перед их черными, загнутыми к хвосту плавниками вскипали белые бурунчики. Касатки совсем не боялись нашего буксира. Иногда они подплывали вплотную к борту, будто дразня нас и предлагая полюбоваться ими. Конечно, как-то странно говорить это, когда речь идет о животных, которые получили у моряков всего мира славу страшных убийц, но мы все-таки любовались ими.

— У Командорских островов всегда много касаток, — сказал капитан нашего буксира. — На островах есть лежбища тюленей и котиков — драгоценных, почти истребленных пушных зверей, и касатки нападают на них, когда те спускаются с берега в воду.

Но касатки нападают не только на котиков и сравнительно смирных тюленей, но и на моржей, вооруженных крепкими клыками, и даже на крупных, но совсем беззащитных китов. Стаей бросаются касатки на этих морских великанов, вгрызаются в них, отдирают от тела куски мяса, а кит, который ест только мелких рачков, ничего не может сделать — даже спастись бегством, потому что касатки прекрасно плавают и способны развивать огромную скорость.

Не каждая акула бросается на человека, когда он купается в море. Зато наука знает случаи, когда касатки нападали на большие стальные вельботы.

Известный исследователь Антарктиды Роберт Скотт в своем дневнике описал один чрезвычайно интересный случай. Его экспедиционное судно остановилось среди льдов. На одну из льдин спустили собак, а фотограф отправился делать снимки. Тем временем вблизи появились касатки и… перешли в наступление. Они ныряли под льдину, поднимая ее немного спинами с одного края, чтобы сбросить собак и человека в воду!.. К счастью, и фотограф, и собаки остались целы и невредимы.

Что же до нашего буксира, то для него касатки были не страшны, и мы могли рассматривать их сколько угодно. Спины у них темные, почти черные, а нижняя часть тела светлая, чуть ли не белая. Зоологи считают, что эти два цвета имеют маскировочная значение.

Когда касатки подплывали совсем близко к буксиру, мы видели в прозрачной воде их хвосты, поставленные горизонтально, а не вертикально, как у рыб, и тупые, округлые морды с маленькими глазками.

Потом касатки исчезли, исчезли внезапно, и мы даже не заметили, в каком направлении.

Океан снова опустел. Свободные от вахты моряки пошли в кубрик. Я, постояв немного на палубе, тоже сошел вниз.

Непрерывная качка очень утомляет, и во время длительного плавания, часто даже днем, клонит в сон. Проспав часа полтора, я снова выбрался на палубу и прошел на бак. Солнце уже начало склоняться к западу, его косые лучи падали на воду, и казалось, что океан потемнел и загустел. Держась за планшир, я смотрел вперед и ни о чем не думал. Бывает такое состояние: смотришь на океанскую мертвую зыбь, на синее небо немного посветлевшее после полудня, на яркие солнечные блики, чувствуешь, как касается твоего лица прохладный ветер, донося с берега острый и свежий запах зелени, — и ничего тебе в этот миг больше не нужно.