В плену сердца

Остин

Похоть.

Низменная. Бесстыдная. Банальная. Пустая. Не содержащая в себе ничего, кроме жажды немедленного утоления голых инстинктов и страстных желаний.

Повернёшь голову направо — увидишь циничные, хищные улыбки мужчин, ведущих у столов непринуждённые разговоры, пока профессионалки своего дела, стоя перед ними на коленях, ублажают их смачно накрашенными ртами. Повернёшь налево — встретишь полуголых официанток, одна из которых вместо полирования бокалов в баре уже забралась на колени к пьяному толстосуму и, нырнув рукой в брюки, активно полирует его член. Посмотришь прямо — задержишь внимание на плавных, соблазнительных движениях стриптизёрш, что сжимают ногами вращающиеся пилоны и извиваются в золотых клетках как пойманные кошки — дикие, голодные и настойчиво требующие к себе внимания окружающих их возбуждённых самцов. А метнёшь взгляд вверх на второй этаж клуба — наткнёшься на любителей потрахаться у всех на виду, «уединившихся» в отдельной комнате с полностью прозрачными стенами, возле которых стоят пару дрочунов и вовсю удовлетворяют себя, завороженно глядя на лайв-порно.

Да… В этом элитном стриптиз-клубе и правда нет места для стыда, стеснения и каких-либо запретов. Нет ничего, кроме похоти. Она везде. Со всех сторон. На каждом углу. В каждом элементе декора и роскошной мебели. В сальных взглядах мужчин. В похабных фразах. В танцевальных битах House музыки, звучащей из всех настенных колонок просторного космического зала. И в задымлённом сигаретами и травкой воздухе, который я непрерывно вдыхаю, неконтролируемо увеличивая адское напряжение в паху и всё обильней наполняя себя всей этой грязью, что на протяжении долгого времени окружала самого дорогого и любимого мне человека.

«Атриум» — мир плотских грехов и эротических сновидений!

Как оказалось, именно здесь добровольно каждую ночь находилась, по моему ошибочному мнению, самая чистая, невинная и светлая девушка из всех мне известных, решившая нагло скрыть от меня всю правду о себе. Она выбрала вариант изнурять себя ночной работой, ублажая и выплясывая голой перед толпой мужиков, которые видят в ней исключительно красивую куклу для одноразового использования, вместо того, чтобы просто попросить помощи у меня — человека, готового последнее ей отдать, лишь бы помочь справиться со всеми проблемами. Она решила лгать мне на протяжении долгого времени — о работе, об истинных чувствах ко мне, о каком-то несуществующем парне и непонятной «дружбе» с Марком… Она решила солгать мне, даже когда я заверил, что ей нечего бояться, и я ни по какому поводу не стану её осуждать, а после спросил: «Есть ли ещё что-то, о чём мне стоит знать, Ники?». И она решила солгать… эм… в миллионный раз? Да, скорее всего, так… Когда, прощаясь, позволила мне поверить, что совсем немного — и мы с ней встретимся вновь. В Нью-Йорке. В нашей первой, небольшой, но уютной квартире, в который мы зажили бы новой жизнью и начали бы вместе двигаться к своим мечтам.

Вместе…

Это слово будто едкой кислотой прожигает всю грудную клетку, заставляя обливаться ядом орган, пульсирующий отголосками моих идиотских планов и мечтаний на нашу дальнейшую, совместную жизнь. Мне отчаянно хочется вырвать этот изнывающий болью комок к чертям собачьим, чтобы никогда ничего больше не чувствовать.

Стать бессердечным — вот оно — моё единственное желание с той самой минуты, как я получил огромное количество мерзкой информации на мою маленькую девочку. Хотя… Какая уж она моя? О чём это я? Конечно, не моя, и никогда ею не собиралась быть, ведь помимо выбора прекрасной работки в самом развратном клубе города, она сознательно выбрала лёгкий вариант выбраться из нищеты и спасти свою конченую мать алкоголичку.