В львиной шкуре 2 (СИ)

Настоятель Николо-Корельского монастыря с тревогой и любопытством взирал на представшую перед ним картину. Вот от невиданной им доселе бочкообразной ладьи, что бросила якорь где-то в двухстах саженях от берега, аккурат напротив его обители, отплыла лодочка. Не успела она уткнуться в берег, как русоволосый мужчина выпрыгнул из неё и, не замечая твёрдых выпуклостей прибрежной гальки, буквально рухнул на колени и начал неистово молиться. Из глаз молящегося обильно текли слёзы. Дальнозоркость, развившаяся у игумена с годами, позволила ему прочитать на борту необычного кораблика надпись: "Земляк".

— Кто ж вы такие будете? — спросил он у спутников молящегося человека, которые стояли в стороне от него и лишь с любопытством поглядывали вокруг. Цвет кожи у всех мужчин был бронзового цвета.

— Русичи мы, батюшка, — сделав небольшой поклон, ответил Вадим Носорогов. — С посольством прибыли к Великому Московскому князю.

— Из каких же земель посольство-то будет? И кто этот раб Божий, что так неистово молится?

— Раб Божий — Афанасий Никитин, вокруг всех земель объехал и вот, воротился в родные края. Семь лет странствовал. Мы же из земель южных, что со всех сторон морями омываются. Благодаря Афанасию Никитину узнал наш император о далёкой северной стране, в которой живут люди одной с нами веры. Услышав эту радостную весть, собрал он посольство и отправил нас сюда.

— Вон оно что… А трудна ли дорога была, отроки? — спросил настоятель, разглядывая доспехи и оружие молодых мужчин.

— Трудна, отче…

Словно в подтверждение его слов в бухту вполз ещё один корабль, неуклюже заваливаясь на правый борт. Одна из мачт у него отсутствовала, а на двух оставшихся еле-еле трепыхались грязно-серые паруса. Даже неопытному в морском деле человеку сразу становилось понятным, что судно держится на плаву исключительно по воле Господа Бога. Вот на нём убирали измученные паруса, а мичман тем временем обратился к настоятелю.

— Отче, где здесь глубина у берега самая большая?

— А зачем тебе? — спросил игумен с некоторым замешательством.

Замешательство объяснялось просто, все берега вокруг имели довольно широкую болотистую кромку с глубиной в три-четыре локтя. Глубоких и незаросших травою мест было наперечёт, в них располагались тони. С этих самых тоней монастырь и кормится, поэтому раскрывать незнакомцам рыбные места не хотелось.

— Сам же видишь, — стал отвечать Вадим Носорогов, — корабль на плаву долго не продержится, на берег его вытаскивать нужно.

— Так вытаскивай прямо сюда, глубина тут везде одинакова.

— Понятно, — вздохнул мичман.

Приказав матросам следовать за ним, он направился к шлюпке, оставив Никитина на берегу.

— Да, это вам не Рио-де-Жанейро, — покачал головой Константин Башлыков, выслушав доклад Носорогова и разглядывая монастырь в бинокль. — Ну, что же, цепляйте каракку за шлюпки и тащите на берег.

— Есть, товарищ адмирал, — ответил мичман и удалился.

А Константин продолжил с грустью рассматривать монастырь в бинокль. Невысокие, почерневшие от времени деревянные строения сиротливо стояли недалеко от берега. Небольшая церквушка была полностью им под стать, как и настоятель, одетый в тёмно-серую власяницу из грубой шерсти…

Члены правительства ЮАР не спеша занимали места за круглым столом в кабинете императора. Дождавшись, когда все рассядутся и приготовятся слушать, Павел Андреевич Черныш, улыбнувшись, сказал:

— Начну с хорошей новости… Сегодня пришло сообщение от нашего адмирала дона Константина. Он достиг земель Руси и находится сейчас в Николо-Корельском монастыре.

— А что, есть и плохая новость? — тут же заволновалась Жанна Егоровна Башлыкова, министр по кадрам, а заодно и супруга ушедшего к берегам Руси адмирала.

— Не то, чтобы плохая, — слегка нахмурился император, — короче, ему не на чем возвращаться обратно.

— А что случилось? — это уже задал вопрос Шамов Руслан Олегович, который также являлся адмиралом и к тому же был очень дружен с Константином Башлыковым.

— В сильные шторма они попали как в Баренцевом, так и в Белом морях. Одна каракка дошла до берегов Руси буквально на честном слове и восстановлению уже не подлежит, а вторая, по словам Константина, тоже навряд ли выдержит долгий путь.

— А новый корабль построить..? — спросила Жанна Егоровна.

— Ну, во-первых: нужно построить как минимум два корабля, а во-вторых: на это уйдёт слишком много времени, основные же цели, ради которых наш адмирал туда отправился, отодвинутся на более поздний срок. Ждать мужа пару лет, думаю, у вас большого желания нет?

— Да я и так живу, как соломенная вдова, — вздохнула женщина.

— Вот поэтому, Руслан Олегович, тебе нужно будет подготовиться к новому путешествию, чтобы к началу следующего лета оказаться в районе Двинской губы и забрать оттуда своего коллегу и всех, кто будет с ним и привезти их домой.

— А раньше никак? — с надеждой спросила Жанна Егоровна.