Узник зеркала

Небо наливалось лазурью, вытесняя палевые краски восхода. Дневное светило вступало в силу. Под его лучами пена облаков таяла и оседала, меняя очертания. Лишь одно очертание оставалось неизменным, ибо это было вовсе не облако, а гора судеб под названием Фатум. У неё нет основания, и висит она между небом и землёй. Лишь изредка, в предрассветные часы погожего утра, Фатум является взорам людей. Когда солнце накидывает на неё золотую скань лучей, на мгновение на её вершине можно разглядеть прекрасный белокаменный дворец, украшенный позолотой. Говорят, удача улыбнётся всякому, кому посчастливится его увидеть. Жаль, что видение слишком мимолётно и быстро угасает. Гора истончается, делаясь прозрачной, пока совсем не исчезнет из вида. Но даже незримая, гора Фатум незыблемо высится над землёй, и непрерывно кипит работа во дворце, что стоит на её вершине.

День и ночь прилежные суденицы прядут нити человеческих судеб, которые невидимыми паутинками тянутся к каждому живущему на земле. Неустанно вращаются волшебные веретенца, и каждое издает тонкий, едва уловимый звук, а когда они сливаются в единый хор, получается музыка: мелодичная и нежная, грустная или весёлая. Порой в неё врываются тревожные нотки, а то и вовсе она сбивается на какофонию. Это значит, что в этот миг на земле властвуют страдание и боль: идёт война и гибнут люди.

Некоторые счастливчики слышат мелодии, звучащие в поднебесье, и перекладывают их на ноты, чтобы донести музыку до других. А иным людям удается понять рассказы поющих веретёнец, перенести их на бумагу, и тогда получаются стихи, повести, а то и целые романы. Ни одна хорошая мелодия и ни одна стоящая книга не сочиняются — они даруются свыше.

Вот и сейчас во дворце Фатум начинается новая история, а может быть, продолжается старая, ведь каждая история вытекает из другой, ещё недосказанной.

Кто не знает, что у судьбы тоже бывают любимчики? Случилось так, что суденица Доля, одна из фей, прядущих нити судеб, стала крёстной обычной земной девочки по имени Злата. Когда Злата выросла, ей пришлось пережить много приключений. Она преодолела все препятствия и стала женой короля. У них родился сын Глеб, но злая Ведунья из Лисьей Норы превратила соперницу Златы, Чёрную герцогиню, в двойника принца и подкинула его во дворец. Мальчики, Глеб и Гордей, выросли как братья, и только когда им исполнилось по десять лет, стало известно, что один из них — подкидыш ведьмы. К счастью, кубок, подаренный Чародеем, помог распознать, кто из них настоящий принц, а колдовской подкидыш Гордей стал пленником Волшебного Зеркала. Магическое Зеркало, поглотившее Гордея, исчезло вместе с Ведуньей.

Королевская чета горевала по Гордею: как бы то ни было, они привыкли считать его своим сыном, но постепенно время залечивало раны. Тем более что у них было утешение — настоящий наследник престола остался с ними: жив, здоров и невредим.

Шло время, и все заметили некоторую странность. Мальчик не рос. Поначалу никто не обеспокоился. Всем известно, что мальчишки растут куда медленнее девочек. Но когда минуло два года, сверстники Глеба вытянулись и лишь он не стал выше ни на волос, это начало тревожить родителей. Доктора и знахари давали мальчику витамины, микстуры и прописывали гимнастику. А один костоправ даже приволок снаряд для вытяжки позвоночника — собственного изобретения, — но король благоразумно отказался: уж очень эта машина походила на инструмент пыток времён инквизиции.

Видя, что медицина бессильна, во дворце старались обходить щекотливую тему стороной. Даже дети не дразнили принца и делали вид, что не замечают его маленького роста. Глеб тоже не подавал вида, что его огорчает этот недостаток, хотя в душе сильно переживал.

Однажды Злата исчезла на несколько дней. Король сказал, что она поехала в свой родной город навестить отца. Глеб удивился, ведь обычно она брала его к деду. Однако мальчик знал, что если родители не объясняют свои поступки, то лучше не приставать к ним с расспросами. Поздно ночью его разбудил шум во дворе. Он выглянул в окно и увидел карету. Злата вернулась. Мальчик подождал, когда она придёт к нему в комнату, но она всё не шла, наверное, думала, что он спит и не хотела будить. Тогда он сам поспешил к ней поздороваться. Дверь в малахитовую комнату была прикрыта неплотно, и до него донеслись приглушённые голоса родителей. Мальчик хотел войти, но услышанное заставило его остановиться и приникнуть к щели.

— Не понимаю, если это колдовство, то почему Чародей не может развеять чары? — раздосадовано произнёс король.

Заложив руки за спину, он нервно вышагивал по комнате, как делал всегда в минуты крайнего недовольства.

— Потому что от каждого заклинания есть своё средство, как и от каждой болезни. Нельзя лечить насморк таблетками от кашля. Ты говоришь так, будто осуждаешь меня за то, что я не уговорила Чародея помочь нам.

Глеб не видел лица матери, но её голос дрожал, как будто она вот-вот расплачется. Король подошёл к ней и примирительно произнёс: