Уймись, конопатая!

Так иногда случалось по понедельникам: вечером в воскресенье забыла переключить будильник на телефоне. И проспала.

Как вчера вырубилась – не помнит. Наверняка сидела до полуночи в соцсетях, пока не начала клевать носом. Автоматически разделась, добрела до кровати и…

И вот результат: на часах почти десять.

Еще эта головная боль… Вика поморщилась.

Может, во всем виновата подушка? Сколько раз обещала себе купить ортопедическую, которую и мануальный терапевт давно советовал. У нее проблемный шейный отдел позвоночника, и очень важно, чтобы во время сна все там расслаблялось как надо, чтобы утром просыпаться посвежевшей и отдохнувшей.

Вика кое-как приподнялась на локтях, стараясь лишний раз не шевелить головой. В левый висок словно кто-то шуруповертом методично вворачивал саморез, причем каждый поворот совершал после того, как она двигала головой. Если головой не шевелить, то и боль вроде меньше.

Кое-как села на кровати – двуспальной, под балдахином – все, что осталось от замужества.

Впрочем – не все. Еще головная боль. Именно после многодневной изматывающей нервотрепки под коротким именем «развод» она и появилась. Или раньше?

Так… Спокойно, конопатая! Первое, что надо сделать, – позвонить в клинику, объяснить ситуацию. Пусть линейку вместо нее проведет Эдичка… Бывший муж, кстати. В миру – замглавврача по лечебной части Эдуард Геннадьевич Красильников…

Она к одиннадцати подъедет.

– Вот видишь, Викуш, – замурлыкал голос в трубке, едва она изложила причину своего временного отсутствия. – А… будь я рядом – ты бы проснулась вовремя. Теперь понимаешь, какую глупость мы совершили?! Вернее – ты, конечно. Но… понимаю – неосмотрительно. Совсем от рук отбилась. Небось вернулась домой глубоко за полночь?

– Можешь так и сказать на линейке, что главврач… такая-сякая… проспала. От моего авторитета не убудет, – бросила она в трубку и отключилась.

С Эдичкой у них была типичная студенческая свадьба…

Когда-то, в другой жизни…

В общаге медакадемии выделили им отдельную комнату. Зажили как все… Вскоре, на третьем курсе, родился Антошка. Обошлась как-то без академотпуска…

Сессии, дежурства, капустники, распределение… Оглянуться не успели, как стали врачами.

Приехали в этот городишко как молодая семья, сразу же вселились в квартиру. Вике казалось, что по-другому не может быть – Красильников существовал в ее жизни как бы всегда, изначально, до ее рождения.

Она особо и не задумывалась. До поры…

Да и некогда было задумываться: сначала пеленки-распашонки, потом ветрянка, корь, свинка… Потом садик, школа, армия…

Опомнилась, когда Антон привел в дом невесту.

Вечером, сидя перед зеркалом и стирая с лица макияж, как-то взглянула на свое отражение по-другому, спросила мысленно: «Ну что, конопатая, дело к свадьбе, однако. Что дальше?»

Последняя, кстати, не заставила себя долго ждать: у Оксаны, невестки, «тикал срок», молодые друг без дружки не могли прожить и пяти минут, так что родители как с той, так и с этой стороны особо не сопротивлялись.

В ресторане под шум, смех и тосты подруга Нелька, обдав ароматом шампанского, неожиданно шепнула на ухо:

– Вот отделите Антоху, останетесь вдвоем, поживете в свое удовольствие наконец-то…

Вика тогда впервые сморщилась от боли в виске. Да, да, тогда и прострелило первый раз. Звоночек, так сказать…

От озвученной перспективы она удовольствия никакого не испытывала: скукота ж смертная… Однообразие… Любую фразу Эдички предвидит за полчаса, готова голову дать на отсечение, что ненаглядный супруг «выдаст» в том или ином случае. Никаких импровизаций, все четко выверено, расписано на недели и месяцы вперед.

Взяла да и брякнула в ответ Нельке:

– Скорее уж разбежимся!

Пошатываясь и держась за виски, подошла к трельяжу.

М-да, конопатая, сороковник не спрячешь. Можно, конечно, ботоксом кое-что расправить, но тогда… Глядя в зеркало, ты будешь мысленно говорить: «Привет, ботокс!» – а этого не хотелось бы!

Веснушек почти не осталось, а кличка – Конопатая – живехонька. Под рукой, всегда наготове. От детства осталась, когда Вика с местной пацанвой носилась во дворе до полуночи.

Поначалу обижалась, а потом привыкла. Сейчас жить без этой клички не может, хотя давно так ее никто не называет.

Подойдя к окну, непроизвольно кашлянула: «Конопатая, сюрприз!»