Умереть впервые

Был вечер 18-го дня осени 319 года. Не нужно обладать острым слухом, чтобы услышать скрежет металла о камень.

В просторном подвале, что находился где-то под городом Киншиар, зажегся свет и худенький юноша, обернувшись, прикрыл глаза. После кромешной мглы яркость была нестерпимой.

— Леглар! — крикнул он в пустоту зала. — А сейчас что не так?

Ответом ему был короткий смешок. Уши у юноши вспыхнули при звуке этого голоса. Затем из слепящего свечения послышался стук деревянных подошв о металл, и высокая фигура спустилась откуда-то сверху.

— Очень плохо, Таилег, очень плохо. Юноша оглянулся. Его окружали хитроумно расставленные предметы: стулья, столы, легкие деревянные коробки и тяжелые сундуки. Тонкие меловые линии были нарисованы на полу, образуя головокружительную путаницу. Несколько нитей соединяли предметы друг с другом.

Леглару на вид было лет сорок. Впрочем, люди доживали теперь до почтенного возраста в сто двадцать — сто сорок лет без особых трудностей, так что говорить о приближении старости было бы трудно. И все же грядущая зима уже отметила его пышную шевелюру.

— Вот и вот. — Он указал длинным пальцем куда-то в глубь паутины, среди которой стоял Таилег, двадцатилетний человек, единственным достижением которого было острое желание прославиться.

Неважно как.

Таилег проследил за пальцем и увидел оборванные нити. Сквозняк шевелил их обрывками, металлические пылинки искрились на почти невидимых волокнах.

— И здесь. — Другой палец указал в другом направлении, где едва видный след подошвы пересекал меловую линию.

— Одним словом, — подвел итоги Леглар, — три ловушки. Плюс сундук. Кто за тебя станет проверять его? Я слышал, что ты полез в него, не обследовав. Настоящему сундуку ты тоже станешь объяснять, что не хотел нарываться на неприятности?

— Как ты мог слышать! — воскликнул юноша, в сердцах стукнув ладонью по сундуку. С потолка, мягко шелестя, упала сеть, и Таилег с проклятиями принялся из нее выпутываться.

— В следующий раз намажу сеть какой-нибудь гадостью, — пообещал его наставник с презрительной усмешкой, но весело прищурив глаза. — Несколько ожогов — что может быть лучшим обучающим средством?

— Хватит на сегодня, — буркнул Таилег, выпутавшись из сети и пытаясь привести свою одежду в порядок.

— Да, действительно, — кивнул Леглар и жестом пригласил его следовать за собой. В углу подвала стоял небольшой столик, на котором аппетитной грудой лежала снедь. — Ешь, заработал. Не деликатесы, конечно, но раз уж тренироваться — так всерьез.

— Ты считаешь, что заработал? — спросил Таилег, с жадностью набрасываясь на сушеные фрукты и вяленое мясо. Обычная вода казалась напитком богов — после целого дня, проведенного в тренировочном лабиринте.

— Да, — коротко ответил его собеседник, удобно устроился в кресле и перестал улыбаться. — Две ловушки ты прошел чисто. Первую нить порвал случайно — уже устал, как мне кажется, — но тем не менее порвал. Все остальное — из-за плохого самообладания. Не знаешь, что делать, — стой и думай. И главное. Когда зажегся свет, ты так и остался стоять. С недовольной физиономией.

— Ясно, — мрачно ответил Таилег и вздохнул. Суставы ныли, и сидение на простом деревянном табурете вовсе не казалось благом.

— Но улучшение есть, несомненно, — кивнул Леглар и вынул из кармана часы. — О боги, уже восемь часов! Да, засиделись на этот раз. Ну ладно, день отдыха — послезавтра жду тебя здесь. Осталось восемнадцать дней, так что соберись.

В этот момент в кармане его куртки что-то музыкально заиграло. Озадаченный Леглар извлек небольшой красиво ограненный камень и уставился в его глубины.

— Даал, — низким и раздраженным голосом отозвался кристалл. Таилег вздрогнул и едва не упал со стула.

— Слушаю, — не менее мрачно ответил Леглар, делая ученику знак — помолчи, — Что случилось?