Угольный человек

— Я прибыл сюда, чтобы настоятельно предложить вам сдаться.

Брови Ричарда сошлись на переносице, и он оперся на мягкий кожаный подлокотник массивного кресла, в котором сидел. Он был скорее озадачен, чем обеспокоен.

Пред ним стоял тучный мужчина в официальном белом одеянии, богато украшенном золотым шитьем. Наряд облагораживал его фигуру, напоминавшую грушу. Мужчина терпеливо стоял во главе очереди просителей, тянувшейся вдаль просторного зала со сводчатым потолком. Окна высоко в боковой стене пропускали внутрь пасмурный полуденный свет, который создавал атмосферу таинства. Вдоль длинного зала выстроилось два ряда массивных колонн из черного мрамора с красными и золотыми прожилками. На позолоченные капители опирались балконы, откуда целые толпы людей наблюдали за происходящим. В тенях между колонн тоже стояли зрители.

Ричард и Кэлен сидели на тронах, стоявших на помосте в дальнем конце зала. Перед ними был массивный стол, а на стене позади них в центре кольца витражных окон находился белый мраморный медальон высотой в два этажа, на котором было высечено древнее семейное древо Дома Ралов. Этот величественный зал был средоточием власти. Ричард, который вырос в лесах Хартленда, не мог и представить такого места, а тем более того, что будет сидеть на троне.

Дворцовые чиновники и их советники стояли рядом, готовые помочь в случае необходимости. Тяжеловооруженные воины Первой Когорты, отделявшие Ричарда и Кэлен от полного зала людей, старались не привлекать к себе внимания и в основном держались у стен. За спинами Ричарда и Кэлен под огромным мраморным медальоном стояли шесть невозмутимых Морд-Сит.

Пять женщин были в белой кожаной форме, и только Вика была одета в красное. Ричард просил всех Морд-Сит носить белую форму, чтобы они выглядели не такими грозными — ведь наступили мирные времена. Но Вика сказала, что она здесь ради защиты магистра Рала, и, если она выглядит грозно, тем лучше. Ричард давно усвоил, что жить будет проще, если позволять Морд-Сит поступать по-своему в маловажных вопросах. Он знал, что в критической ситуации они будут следовать его приказам. До самой смерти, если понадобится.

Разношерстная публика по обеим сторонам от прохода и на балконах — от фермеров до дворян — хранила молчание, ожидая, что лорд Рал ответит на такое несусветное требование. Ждал и грузный мужчина в расшитых золотом белых одеждах.

Богатый белый плащ расходился на его внушительном животе. Под многочисленными подбородками на шее висели серебряные цепи с множеством мелких подвесок, напоминавшие Ричарду символы чина, которые офицеры цепляли к своей форме в торжественных случаях.

Ричард припомнил, что видел скромно одетых людей под открытым навесом на рынке, располагавшимся у подножия большого плато, на котором раскинулся Народный Дворец. Уже несколько недель люди собирались на рынке и в палаточном городке, чтобы получить шанс стать свидетелями событий, которых никогда в жизни не видели — или получить из этого выгоду.

— Сдаться, — тихо повторил Ричард. — Кто должен сдаться?

— Ваш мир.

Среди ближайших солдат и придворных слуг послышались смешки, а в следующий миг засмеялись и многие из собравшихся зрителей. Но потом они заметили, что Ричард не разделяет их веселья, и замолчали.

Он перевел взгляд на Кэлен, сидевшую рядом с ним за столом, на котором просители могли разложить карты, договоры и другие документы. На лице Кэлен, одетой в белое платье Матери-Исповедницы, была маска исповедницы. Ее длинные волосы поблескивали в свете, проникавшем через кольцо окон за ее спиной, и она выглядела прекраснее любого доброго духа.

Ее точеные черты не показывали мыслей, но какой бы бесстрастной и непроницаемой она ни казалась остальным, Ричард видел огонь в ее ледяном выражении лица. Будь она волчицей, ее шерсть встала бы дыбом.

Ричард склонился к ней, желая знать, почему она выглядит такой рассерженной. Она, наконец, отвела взгляд от мужчины, наклонилась к Ричарду и тихо сказала:

— Этот мужчина из Эстории. Судя по медалям и наградам на его шее, он генеральный консул. — Она бросила быстрый взгляд на мужчину. — Думаю, я видела его раз или два — очень давно, когда его должность была гораздо ниже.

— Что еще за Эстория?

— Небольшая страна в Срединных землях, которую я курировала как Мать-Исповедница. В основном жители Эстории зарабатывают на жизнь тем, что продают свои услуги дипломатов. Генеральный консул у них вроде короля.

Ричард нахмурился:

— Имеешь в виду, они наемные дипломаты?

Она кивнула.