Удар катаны

Японский город Оцу. 29 апреля [11 мая] 1891 г.

Nicht durch Reden oder Majoritätsbeschlüsse werden

die großen Fragen der Zeit entschieden

… — sondern durch Eisen und Blut.[1]

(Великие вопросы времени решаются не речами

и резолюциями большинства,

a железом и кровью)

О. фон Бисмарк. Выступление 30 сентября 1862 г.

Ранним утром 11 мая на улицы города Оцу вышли сотни людей. В некоторых школах отменили занятия — и дети, и преподаватели хотели посмотреть на наследника российского престола, посетившего их город. Царила суматоха — узкие улочки едва вмещали любопытную толпу. Порядок обеспечивали полицейские, многие из которых происходили из самурайских семей. В такой семье родился и Цуда Сандзо, воевавший на стороне императора против самураев, участвовавших в Сацумском восстании. Он стоял напряженный, словно готовясь к какому-то важнейшему поступку в жизни. Но никто из его сослуживцев ничего не замечал. Полицейским приходилось следить за порядком, сдерживая любопытных обывателей, следить за тем, чтобы жители не нарушали этикета и в то же время сами не поворачиваться спиной к проезжающему кортежу из-за требований того же этикета.

А Сандзо тем временем думал о том, что этот гайдзин — наследник престола северной империи длинноносых варваров больше похож на шпиона, готовящего вторжение в Ниппон. И при посещении памятника на холме Миюкияма[2] эти варвары вели себя совершенно непочтительно. К тому же они должны были сначала почтительно посетить императора Мэйдзи в Токио. А не ехать в Нагасаки и тем более — в Кагосиму и не шпионить, изучая их окрестности. Поэтому для блага Ниппон необходимо убить наследника. Тогда северные варвары устрашатся духа японских воинов и не нападут на его родину…

Между тем кортеж, составленный из джен-рикш, так как узкие улицы не позволяли передвигаться в конных экипажах, поравнялся с полицейским и неторопливо двинулся мимо Сандзо. Наследник варварского престола сидел на пятой по порядку повозке.

Цуда сегодня, готовясь нести службу у памятника, взял с собой вместо казенной полицейской сабли трофейную катану. Буквально парой дней раньше он и сам не пошел бы на такое нарушение, и начальники сразу наказали его за использование неуставного оружия. Но сейчас всем было не до него. А Сандзо хотел выразить своим поступком презрение престолу, нагло именующему себя императорским. Но при виде нагло улыбающегося гайдзина он не выдержал. Выхватил катану из ножен и подскочил одним прыжком к замершему от неожиданности рикше. Нанес удар по голове наследника. Катана прошлась вскользь, сбросив разрубленный котелок с головы русского наследника. Тот растерянно уставился на самурая, что-то выкрикнул. Прикрылся рукой, закрыв лицо ладонью. Но Цуда уже замахнулся для второго удара. И нанес его по шее, горизонтальным «полетом ласточки». Русский резко свалился вперед, словно кукла. А на Сандзо напали рикши. Один из них ухватил полицейского за ноги. Второй же ухитрился ударом тяжелого кулака выбить катану из рук падающего Цуда. Когда же Сандзо упал, подхватил меч и несколько раз умело ударил полицейского его собственным оружием. Не убив, но поранив и ошеломив до потери сознания…

Однако подвиг этих двух рикш несколько запоздал. Как опоздал подскочивший к повозке греческий принц Георг, пытавшийся поднять упавшего с повозки цесаревича, из шеи которого текла кровь…

Так заканчивался для России девятнадцатый век, век блестящих побед и унизительных поражений, век прогресса и контрреформации. А во что в результате превратилось это начало, изложено в мемуарах одного из морских офицеров того времени, названных «Четыре войны морского офицера». Литературно обработанный и дополненный материалами из других источников, текст это предлагается вниманию читателей[3]…

Примечания:

[1] «Grundkurs deutsche Militärgeschichte. Die Zeit bis 1914.» Im Auftrag des Militärgeschichtlichen Forschungsamtes, hrsg. von Karl-Volker Neugebauer. Oldenbourg Wissensch.Vlg 2006; ISBN 978-3-486-57853-9, С. 331

[2]Памятник воинам, погибшим во время Сацумского восстания. Восстание поднял Сайго Такамори из Кагосимы, видный японский государственный деятель, который сначала поддерживал реформы Мэйдзи, но потом разошелся с императором во взглядах. Например, он не поддержал политику вестернизации Японии. Погиб при подавлении восстания, однако во время визита Николая появился слух, что Такамори жив и тайно приехал в Японию в свите русского наследника престола.

[3] В книге использованы материалы из автобиографий и мемуаров тех лет, а также из научных исследований

Войну начинают не военные.

Войну начинают политики.

Генерал У. Уэстморленд