Удар акинака

Сегодня охота не удалась, к тому же на обратном пути охотников накрыло внезапным дождем, промочившим их до нитки. Отчего Эдуард вернулся в замок не в самом лучшем настроении. Только переодевание и пара порций любимого имбирного ликера[2] вернула его в нормальное состояние. После чего король попросил слугу вызвать к нему в кабинет адмирала Фишера. Надо заметить, что король Эдуард больше всего интересовался иностранными делами, военно-морскими и военными вопросами. И широко пользовался своим влиянием на министров для решения этих вопросов в нужном ему ключе.

Адмирал Джон Арбетнот Фишер не любил охоту, что, вместе с азиатскими чертами лица, делавшими его похожим на малайца, служило основанием для сплетен о его происхождении и о наличии в нем неанглийской крови. Ибо какой-же англичанин останется равнодушен к азарту настоящей охоты или спортивного состязания? Но вот такой уж был оригинал этот адмирал, из всех видов физического отдыха признававший только пешие прогулки и увлекавшийся только военно-морским делом. С его величеством адмирал познакомился здесь же, в Балморале, три года назад. В то время Фишер на короткий срок был переведен на должность начальника военных верфей в Портсмуте. Король попросил адмирала изложить его взгляды на вопросы национальной обороны. Своей горячностью и личным обаянием Фишер произвел на Эдуарда VII очень благоприятное впечатление и король даже попросил его изложить свои взгляды на развитие флота в специальных меморандумах. С тех пор они подружились и король помог «Джеки» стать первым морским лордом, по сути — главнокомандующим флотом.

— Входи, Джеки, дружище, — весело поприветствовал он адмирала. — Выпей ликера. Знаю, знаю, как всякий марсофлот[3] ты предпочитаешь ром, но уверяю тебя — этот ликер нисколько не хуже. Так что наливай себе сам, и рассказывай.

— Боюсь, сир, моя жена не одобрит запах вашего любимого имбирного ликера, — отшутился Фишер.

— Брось, Джекки, чего тебе бояться, у моряков, говорят, в каждом порту жена, — засмеялся Эдуард.

— То-то вы, сир, так рветесь в моряки, — не остался в долгу Фишер.

Оба засмеялись. Адмирал все же налил себе немного ликера, пригубил и тут же поставил на столик.

— Итак, сир, в адмиралтействе уже подвели первые итоги. Как я помню, как вы изящно сформулировали задачу этой войны. Заставить русского медведя покарябать чешую азиатским драконам. Но при этом чтобы и медведь изрядно пострадал и не мог угрожать нам… Тем более, что медведь очень приветливо косится в сторону германского орла. А германцы последнее время становятся очень неприятным соперником. Которого желательно, повторю очередной раз, сир разбить как можно быстрее, не оглядываясь ни на какие дипломатические препятствия и устаревшие правила… Простите, сир, за тавтологию, но я считаю, что германский флот должен быть потоплен.

— Не размахивай у меня перед носом своими кулаками, Джек. И не изображай Марка Катона[4], — охладил разошедшегося адмирала король.

— Виноват, сир, — постарался успокоиться Джон. — Возвращаясь к ситуации на Тихом океане. Японцы, нанесли русским некоторые потери, но и сами понесли не меньшие. Русский главнокомандующий флотом Чухнин переиграл Того и сумел сосредоточить все броненосцы в порту Сейсин. Практически одновременно их крейсерская эскадра провела рейд по коммуникациям японцев. Необходимо как-то помочь нашим азиатским союзникам, иначе они просто не выдержат напора русских. Может быть, для противодействия российским крейсерским операциям ввести конвоирование наших торговых судов крейсерами нашего флота?

— Оказаться тем самым на грани войны с Россией? Нет, Джек, это слишком рискованно. Особенно сейчас, когда у русских такой патриотический подъем, а кайзер готов в любой момент поддержать своего племянника. Передать им еще несколько кораблей с нашими «добровольцами» — максимум на что я могу дать согласие. Ты же собирался почистить флот от устаревших кораблей — тебе и карты в руки. А что по твоей идее корабля с единым главным калибром? Есть новые данные?