Убойная Академия

Я придирчиво осматривала хвост – краска легла ровно, яркий алый цвет радовал глаз. В кои-то веки результат совпал с рекламой. К поступлению в престижнейшее корбинианское учебное заведение я теперь полностью готова. Правда, знали об этой академии только избранные, главным образом – такие семьи, как наша. Семья потомственных убийц на службе короне – звучит необычайно гордо, не находите? Это вам не какие-нибудь там маги-погодники, от нас зачастую зависят международные отношения, а не чистое небо в дни государственных праздников. Больше эти маги все равно ни на что не годны.

– Так-с! – Бабуля ворвалась ко мне в комнату, как метеор, бросила беглый взгляд на мой хвост и сразу скривилась. – Это ты зря, Сьенна. Наша задача – привлекать к себе как можно меньше внимания. Тихо пришел, тихо сделал свое дело и тихо ушел. Незачем размахивать перед носами свидетелей красными хвостами. Это красиво, но запоминается сразу.

– А как же вариант соблазнения? – Я недовольно дернула обсуждаемым объектом. – Там же, напротив, нужно внимание привлекать?

– Детка, разве мужчин привлекают одними хвостами? – Она умело поменяла модуляцию голоса и заговорила с такими томными хрипловатыми вибрациями, что мне и самой чего-то захотелось, хотя женщины, да еще и пожилые, меня никогда не привлекали. – «Тан, о вас ходят настоящие легенды. Такие, что я лично решила проверить, что из них – правда». Вот как надо, Сье. – Она вернула голосу обычную тональность. – Выразительно поиграть глазами, пару раз покачать бюстом перед объектом – и все, бери его тепленьким.

Я завистливо вздохнула:

– У меня так никогда не получится. Да и бюста достаточного для колыхания нет.

– Нарастет, – оптимистично сказала бабуля. – Да и потом – в деле колыхания бюстом размер его не важен. Важно все в комплекте. Кстати, всегда можно подложить что-нибудь в нужные места, чтобы содержимое выглядело объемнее. В конце концов, наша цель, чтобы объект допустил нас к телу и дал возможность выбрать, как его убивать, а собственной грудью для убийства воспользоваться проблематично. Хотя ходили слухи, что Саманте удалось ею задушить жертву, но там такой размер, что проще было не душить, а ронять сверху – летальный исход гарантирован. Но Саманта никогда не любила легких путей и постоянно экспериментировала. А эксперименты плохо заканчиваются в нашем деле, рано или поздно.

Продолжать она не стала, но я и без этого помнила судьбу несчастной Саманты, обремененной слишком большой грудью – эта часть тела и застряла, когда ее владелица пыталась спуститься по дымоходу. А потом затопили камин… Но мне всегда казалось, что в рассказе бабушки было больше зависти к легендарному бюсту Саманты, чем осуждения ее нелепой смерти. Вот и сейчас она критически покачала собственным в грустных размышлениях, что его достаточно разве что для застревания в водосточной трубе, в которую она ни за что не полезет.

– Так-с, Сьенна, – вспомнила обо мне бабуля, – я тебе кое-что собрала. Набор удавок на все случаи смерти. Вот эта шелковая, такая элегантная, что я даже захотела себе оставить. Но вовремя вспомнила, что меня уже лет пять как не привлекают к делам, а такая замечательная вещь должна работать, а не пылиться в сундуке.

– Бабуль, зачем? – запротестовала я. – Сама же говорила, что нам выдадут.

– То, что выдадут, само собой, – важно кивнула она. – Но инвентарь должен быть личным, проверенным. От него зависит, насколько быстрой и безболезненной будет смерть заказа. Инструменты должны быть привычными, испытанными и надежными. В конце концов, любую из этих удавок можно носить как красивый пояс.

Я повертела в руках все пять и пришла к выводу, что четыре из них действительно можно использовать как пояса, а вот пятую, выглядящую как обычная веревка… Разве что мне придет в голову нарядиться монахиней? Да, тогда она точно пойдет. Веревка была непростая – в пальцах скользила как лучший шелк, легко и непринужденно. Я подняла вопросительный взгляд на бабулю.

– Да, необычная штучка, – подтвердила она.

– Но чары здесь не чувствуются.

– Она не зачарованная, – пояснила бабуля. – При выделке использовались, но сейчас она вылежалась, и даже следов нет. Классная штучка, правда? По внешнему виду и не догадаешься.

Она погладила веревку и восхищенно поцокала языком. Бабуля любила всякие качественные вещички, связанные с профессией. Ее, а теперь скоро и моей.

– Артефакт, определяющий вредные добавки в еде, – продолжала она меня радовать. – И чтобы не снимала. Внук Берта там учится, и он не упустит возможности отыграться за деда.

– Думаешь? Сколько лет прошло, – засомневалась я.