Убийца в тени сосны (СИ)

Для участия в Дикой охоте требуется не только свора симуранов, причём двух видов — гончих и борзых, но и специальный транспорт — лёгкие вездеходы с высокой подвеской и большими колёсами. Называются они багги. Кабины как таковой у них нет — вместо неё устраивается толстая сварная рама, защищающая пассажиров и водителя при переворачивании, которые случаются довольно часто. Она же позволяет атаковать гулей на ходу, прямо из автомобиля. Выхлопная труба у багги выведена наверх, чтобы исключить попадание воды при проезде через мелкие водоёмы.

Приняв приглашение маркиза, мне пришлось первым делом закупить несколько таких машин. Кроме того, понадобились фургоны для перевозки симуранов, псарей и добычи. Тоже с большими колёсами. Так что два дня, остававшиеся до охоты, я провёл, экипируя своих ловчих. Всё было приобретено высшего качества и встало в копеечку, но, слава Богу, я мог себе это позволить.

Один раз звонил князь Неклюдов, но я ответил, что смогу с ним встретиться только в конце недели. Не хотелось ни на что отвлекаться.

Моя охрана была усилена, но толку-то? Термический заряд можно послать и в кортеж. Правда, едва ли покушавшиеся на меня разжились сразу двумя ракетами. А новую им уже никто не продаст.

Я получил письмо из императорского дворца. Его Величество выражал озабоченность случившимся и надеялся, что моё здоровье в полном порядке, и я смогу послужить роду, клану и империи. Я продиктовал секретарше ответ, пока пил её мерзкий отвар, которым она потчевала меня эти дни с особым усердием, видимо, веря в его чудодейственные свойства.

В школу, кстати, я ходил. Больничный не брал. И там был прямо героем: все расспрашивали, как мне удалось выжить. «Василисков» боялись, как огня, и не понимали, почему меня не размотало по всему замку. Кажется, моя стойкость вызывала уважение, а у женского пола — так и откровенное восхищение. К ярости Глафиры и Марины. Женя от отряда, ведущего осаду моего сердца, откололась: у них был роман с племянником Мейнгардта. Но она, конечно, тоже выразила мне сочувствие — правда, уже на правах подруги.

Как ни странно, с маркизом мы так и не встретились до самого дня охоты. Лишь когда я прибыл к точке сбора — на опушку в километре от городской стены, увидел его.

Мейнгардт был давно не молод: на вид я дал бы ему лет пятьдесят с лишком. Однако держался очень прямо, был подтянут и глядел на всех и вся свысока. Включая меня. Что было нетрудно, учитывая, что он возвышался надо мной благодаря росту за метр девяносто.

— Рад знакомству, господин Скуратов, — проговорил он, слегка растягивая гласные, что придавало его речи вальяжное звучание. — Мы должны были бы встретиться раньше, но меня держали дела. Думаю, вы меня понимаете.

Мы обменялись рукопожатием. У маркиза оно было вялым — словно он не желал касаться меня вовсе и лишь следовал приличиям. Впрочем, вёл Мейнгардт себя прилично и ничем не выдавал своих истинных чувств.

— Отлично понимаю, — ответил я. — У меня тоже дел по горло. Особенно теперь.

— Да-да. Поздравляю с новым титулом. Нас таких теперь двое. Конечно, плохо, что у вас нет всех нужных земель. Это большое упущение. Титул — ещё не всё. Нужно поддерживать статус.

Ах, так вот, что имел в виду Неклюдов, говоря, что моя проблема ещё не полностью решена.

— Да, — согласился я. — Но время есть. Думаю, рано или поздно я начну… соответствовать.

Маркиз взглянул на меня так, словно этого не может случиться никогда и даже в принципе, но произнёс совсем другое:

— Правильно, господин Скуратов. Титул — это ещё и обязанности. Чем он выше, тем их больше. Впрочем, вы, кажется, справитесь. Ваша… энергичность и предприимчивость делают вам честь.

— Приходится вертеться. Такие обстоятельства. Вы же понимаете: я не могу позволить себе почивать на лаврах.

— Хм… Да. Действительно. Когда от рода остались только вы… это накладывает отпечаток.

— Совершенно верно. А то ведь недолго и захиреть, если существовать на всём готовом. Мне же нужно восстанавливать род. Так что, хочешь не хочешь, а приходится быть предприимчивым.

— Кажется, вам это нравится.

— Служить Отечеству? Само собой.

На это маркиз не нашёлся, что ответить. Конечно, он мог бы заметить, что стараюсь я, прежде всего, для себя, но не стал. Во-первых, что в этом такого? Во-вторых, это перевело бы беседу из русла лёгких намёков, которыми мы обменивались до сих пор, в другое — куда более опасное. Конфликтовать Мейнгардт не торопился. Он хотел понять, что я за человек, и стоит ли относиться ко мне всерьёз, или я просто везунчик.

— Вижу, у вас есть свора, — заметил он, меняя тему и окинув взглядом моих псарей. — Новая?

— Увы. Опыт у моих симуранов небольшой — они проявили себя только во время последней атаки гулей. Но справились неплохо.

— Рад слышать. Не против, если мы будем ведущими? На этот раз.

— Никаких возражений.

Маркиз кивнул.