Убийца на краю империи

— Марш к себе, — бросаю красноречивый взгляд на Фёдора. — Пока я с ними не поговорю, оставайся в комнате.

— А мне что делать? — спросила Джан.

— Продолжай готовить. Веди себя естественно. Если что — покажешь жетон самостоятельности. Я хозяин, ты в гостях. Про убийство ничего не знаешь. Поняла?

Девушка испуганно кивнула.

Стук повторился.

Отложив кусаригаму, я вышел из кухни. Сильно не спешил, но и не тормозил. Вряд ли копы прямо сейчас начнут штурмовать наше скромное жилище. Сначала они захотят поговорить. Задать пару вопросов, как это у них принято.

Я ошибался.

За дверью стояла хмурая парочка. Мужчина и женщина в тёмно-синей форме, узнаваемой, наверное, в любой точке планеты любой параллельной реальности. Мужик носил красивую фуражку с золотой кокардой, женщина — некое подобие берета.

— Капитан Мирзенко, — представился полицейский, сунув мне в лицо ксиву.

— Младший лейтенант Фелицкая, — отрекомендовалась женщина.

— Здравствуйте, — по моим глазам ничего нельзя прочесть.

— Если мы не ошибаемся, Сергей Иванов, — капитан Мирзенко демонстративно сверился с фотороботом. — У вас есть минутка?

— Сколько угодно минуток, — я улыбнулся. — Что-то случилось в нашем районе?

— Не в вашем, — покачал головой полицейский. — Рядом со Змеиными Кварталами. Мы пройдём?

Пришлось посторониться.

Копы переступили через порог и начали профессионально осматриваться. Я заметил, что в отличие от стражей порядка из моего мира, у этих не наблюдалось огнестрельного оружия. Вместо кобуры офицеры носили у пояса ножны с одноручными мечами.

— Это ваш дом? — спросила Фелицкая.

Вопросик с подвохом. Документов на Бродягу у меня нет, это легко проверить. Как и то, что по архитектурному плану здесь должен находиться пустырь. К счастью, у местных полицейских нет электронных баз, всяких планшетиков и бортовых компьютеров. Чтобы вычислить враньё, им надо позвонить в муниципалитет или сделать официальный запрос по телеграфу.

— Нет, — честно признаюсь я. — Снимаю.

Вторая часть ответа — ложь.

Фелицкая кивнула.

— Живёте один? — уточнил капитан.

— Да.

И в этот момент Джан высунулась из кухни.

— А это кто? — насторожилась Фелицкая.

— Добрый день, — менталистка очаровательно улыбнулась.

— Джан, — представил я подругу. — Она у меня в гостях.

— Понятно, — Мирзенко резко развернулся. — Где вы были сегодня ночью, Иванов?

Врать я не стал:

— На Малой Артамоновской.

— Что вы там делали? — подключилась к допросу Фелицкая.

— Дрался с Ефимом Ставриным.

Полицейские несколько секунд переваривали информацию.

— Боюсь, нам придётся проехать в участок, — лицо Мирзенко помрачнело. — До выяснения обстоятельств… хм… произошедшего.

— Как скажете, — я шагнул к двери. — Я подозреваемый или свидетель?

— Подозреваемый, — заверил Мирзенко. — И не только по делу Ставрина.

Сковывать меня наручниками не стали.

Я последовал за Фелицкой под обеспокоенным взглядом Джан. Спасибо, ребята, что не пошли на кухню и не забрали мою кусаригаму. У вас её потом хрен выцарапаешь…

Улица помаленьку оживала после дождя.

Соседи вылезли из своих домов и зачем-то начали поливать из шлангов асфальт. Женщины вывешивали постиранное бельё на балконах, сдвигали тросы на катушечках и громко переговаривались. Я почти физически ощущал их взгляды на своей спине.

Полицейская машина была припаркована в двадцати шагах от крыльца.

Я оценил чудо имперского автопрома. Тачка была приземистой, с плоским и широким капотом, выступающей радиаторной решёткой и утопленными круглыми фарами. Выключенная мигалка — в наличии. На боковой дверце красуется герб — четыре поля, стилизованная корона и свернувшаяся кольцом змея. Герб вписан в щит с перекрещенными мечами и надписью: «‎ПОЛИЦИЯ ФАЗИСА».

— На переднее сиденье, — бросил через плечо капитан.

Открыв дверь со стороны водителя ключом, Мирзенко полез за руль. Щёлкнули блокираторы. Никаких пультов, сигнализации, иных признаков современных технологий.

Я открыл дверь и уселся справа от Мирзенко.

В салоне пахло натуральной кожей, прогретым металлом и немножечко кофе.

— Пристегнись, — сказал капитан.

Хлопнув дверцей, я начал разбираться с карабином.

— Нечего хлопать, — буркнул Мирзенко. — Хлопает он мне…

Тон полицейского радикально изменился. Вежливость пропала, мужик перешёл на «‎ты» и даже начал хамить. Вероятно, мои конвоиры пришли к выводу, что церемонии излишни.

Дождавшись, пока напарница устроится сзади меня, капитан неспешно тронулся с места.

Несколько минут все молчали.

Тачка развернулась и покатила через тишину улицы Пиросмани в сторону петляющей по Старому Городу Судьбы. Вот как, скажите на милость, ножны не мешают этому типу управлять автомобилем? Ага, он отстегнул меч и поместил в специальную ячейку между сиденьями. В опасной близости от меня. Совсем чуваки расслабились…

— Значит, вы дрались, — нарушил затянувшуюся паузу капитан. — Что дальше?

— Я убил Ефима Георгиевича.

Должен признать, нервы у полицейского были стальными.

Мирзенко спокойно притормозил на повороте, пропустил грузовик, двухэтажный автобус и пару легковушек, затем тронулся с места.