Ты веришь мне?

В глубине тёмного леса, что порос непроходимыми колючими кустарниками и огромными деревьями, кроны которых, казалось, щекочут облака, не раздавалось ни пения птиц, ни стрекотания жуков… Ничто не смело нарушить жуткую тишину этого места.

Тишина эта была, словно разумная: дышала и пыталась поглотить всё, до чего могла дотянуться - любой шорох. И этой жуткой тишине вторила тьма, которая жадно впитывала в себя любой, даже самый робкий лучик света, чудом пробившийся сквозь густую, тёмно-фиолетовую листву исполинов. Казалось, что могло нарушить многовековой устой в такой жуткой чаще, где жизнь текла по своим правилам?

 Однако…

— Апчхи!  — Тишина в страхе расступилась… — Да что ж это такое-то, это что ещё за ерунда?..  Ау-у, л-ю-ю-д-и-и!

Испуганный вопль окончательно пошатнул покой уже давно дремлющего леса, но он, не проявив ни капли сострадания, отозвался лишь насмешливым эхом...

Вот знаете, бывают такие дни, когда не задаётся всё с самого первого вздоха. Стоит только открыть глаза, и вы понимаете: это будет фиаско, просто оглушительное фиаско. Вот так было и у меня – как только я проснулась, внутри сразу начало нарастать жуткое напряжение, словно пружина, медленно и неотвратимо, и пришло понимание: сегодня точно случится что-то ужасное. Возможно, даже непоправимое...

Тяжело вздохнув, я начала в темпе собираться на работу. Сегодня был ответственный для меня день - сдача проекта, который мы всей нашей командой подготавливали вот уже долгих четыре месяца. Восстановление старого здания, что, до решения муниципалитета, занимала почта. А после реконструкции будет заселено высшими чинами во главе с нашим бессменным и, казалось, попросту бессмертным мэром. (Будучи ещё совсем маленькой девочкой, я уже видела билборды на центральных улицах с его необъятной физиономией, которая гарантировала нам всем светлое будущее, и кисельные берега с золотыми холмами). Физиономия у мэра с того момента расширилась так, что уже с трудом помещалась на плакате с очередной предвыборной агитацией. Так что, полагаю, светлое будущее у мэра точно было, ну а молочные реки текли ему прямо в рот; сам же он сейчас напоминал очень толстую вариацию на дракона Смауга из произведений Толкиена, и спал на этих золотых горах. Вот этому «персонажу» мы и готовили все эти месяцы проект реконструкции старинного трёхэтажного особняка.

«Поскорее бы закончился этот день», — подумала я, несмотря на то, что он только начался, и стала быстро одеваться, на ходу жуя бутерброд с варёной колбасой, и запивая его простой водой. Выскочив уже через пару минут из квартиры, я хлопнула дверью и споткнулась о первую же ступеньку на лестнице. Телефон, как ракета с системой самонаведения, вылетел из кармана пальто, и с жутким грохотом шмякнулся на лестничную площадку этажом ниже. Протяжно втянув воздух, пытаясь успокоиться, я спустилась и подняла разбитый вдребезги аппарат. Просто прекрасно —  весь экран пошёл мелкими трещинами, задорно подмигнул мне напоследок голубым светом, и умер, судя по всему, окончательно и бесповоротно. Прощай друг, ты долго служил мне верой и правдой...

Положив его в сумку (позже нужно будет вытащить из него сим-карту) вышла из подъезда, глянула на наручные часы и поняла, что я уже просто катастрофически опаздываю! Договорились ведь с ребятами пораньше встретиться на месте, и подготовить презентацию, а сама будильник-то перевести и забыла, растяпа. Пикнула сигнализация моей машинки и я, быстро разогрев двигатель, рванула с места.

До здания будущего адского вертепа нашего уездного городка я добралась всего за пятнадцать минут, побив все мыслимые и не мыслимые рекорды, почувствовав себя Шумахером, и практически не опоздала.

— Мари, мы тебя не стали ждать, и уже начали расставлять макеты, — пробасил Коля, наш инженер, подходя ко мне, стоило мне выйти из машины. Как в нём сочетались брутальная внешность, гулкий бас, гора мышц и невероятная детская непосредственность во взгляде – просто непонятно.

 — Спасибо, Колюнь, ты, как всегда, мой спаситель, — улыбнулась я, и вошла внутрь, по пути здороваясь со своими ребятами.

Быстро разложив привезённый презентационный материал на выставленном столе, я побежала на второй этаж по хлипкой деревянной лестнице, которая с каждым скрипом отдавала по моим и так уже расшатанным нервам. Фу, отвратительный звук! Взяв оставленный удлинитель и, разматывая на ходу шнур, потащила его наверх, на третий этаж, чтобы подключить расставленные там вчера светильники для более выгодного освещения наших презентационных моделей.

На предпоследней ступеньке деревяшка под ногами заскрипела особенно мерзко, и старое дерево не выдержало моего веса: ступенька треснула, ну а я, громко и отчаянно вскрикнув, проломив своим телом ещё одну ступеньку, полетела вниз, в подвал, где меня поджидала куча разнообразного металлического хлама.