Ты со мной пожизненно

— По решению суда, вам назначается наказание… — ровным, безразличным голосом зачитывал приговор судья, мантия на котором вот-вот грозила разойтись, показывая немаленький животик. С такими беременные девушки на последнем месяце ходят. Если беременны минимум четверняшками. — Отработать у господина Вильяма Фораста в качестве личной помощницы… — благо не телогрейки, — два месяца. В случае, если через два месяца господина Фораста что-то не устроит, он имеет право снова обратиться в суд, для продления наказания для госпожи Кассандры Вирес…

Я стояла за решеткой (в первый раз в жизни так глупо попалась) и смотрела в упор не на толстого судью, который, нервно проведя рукой по широкому лбу, продолжал смотреть в свои бумажки, зачитывая мое наказание. Нет… мой интерес был прикован к другому мужчине.

Этакий молодой Джонни Депп в слегка помятом сером пиджаке в клеточку, синих потертых джинсах и кедах. Так себе детектив, если говорить начистоту. Еще и с серьгой в ухе. Разве именно так должен выглядеть частный детектив? Признаться, я представляла себе людей этой профессии немного иначе. Элегантнее что ли, и сдержаннее. А этот… когда узнал, что я обнародовала детали его последнего дела, которое он, стоит отметить, еще не раскрыл, матерился так, что уши бы завяли в случае, если бы я не была к этому уже привычна. Кстати, информация о последнем его расследовании попала ко мне чисто случайно. Да и, если говорить начистоту, я не собиралась тут же бежать к начальству и трясти ценными бумажками. Вообще это Николета виновата. Увидела на моем столе неприметную черную папку. Спросила, что в ней, а я, погруженная в работу, и не вспомнила даже, кто мне ее принес. Начальник рвал и метал, требуя сенсации. Вот Лета и предложила отдать их боссу. Я отказалась. Тогда девушка стала уговаривать. Я настолько устала от ее голоса и вообще от ее присутствия, что не выдержала. Вырвала из ее рук папку, раскрыла и сразу же зацепилась взглядом за смутно знакомое имя. Где-то я уже читала про этого детектива. Но где и когда, опять же, вспомнить не могла. Судя по всему, это было очень давно. Всего несколько листов, в которых присутствовали грубые опечатки. Будто кто-то спешил, перепечатывая их с оригинала. Тогда я еще раз попросила знакомую не торопиться бежать к начальнику и пихать ему под нос эту папку. Тем более, что я все так же понятия не имела, кто ее принес. И вообще, как она у меня оказалась.

Николета ушла, а я, снова взяв в руки папку, что до этого отложила на край стола, опять вчиталась в текст. Не знаю, что толкнуло меня на дальнейшие действия. Скорее всего, любопытство. Я пошла к боссу, чтобы разузнать о частном детективе больше, а оказалась автором статьи, которую выпустили в свежем номере нашей газеты. И вот проблема: я не помнила, что происходило, когда я оказалась в кабинете начальника. Словно… из моей памяти исчезли важные часы жизни. Иначе с чего меня потом вызвали в суд для разбирательства? А до этого я имела «честь» слышать голос Фораста через свой телефон. О… как он был зол. От его трехэтажного я сначала растерялась, не понимая, с чего это мне решил позвонить неизвестный мужчина и обложить так, что впору за ним записывать. Нет, он не угрожал. Но ясно дал понять, где видел меня с этой злосчастной статейкой.

Как итог, я стою за решеткой, как какой-то маньяк-насильник, рядом топчутся люди в форме, судья продолжает разглагольствовать, а этот мерзкий… Джонни Депп местного разлива — убивать своей невозмутимостью. Будто его все вполне устраивало. И вообще, он знал, что именно так все и будет. Еще немного и заулыбается во все свои, пока еще, тридцать два ровных зуба.

— Приступить к исполнению назначенного наказания… — еще громче провозгласил судья.

Разумеется, с завтрашнего дня. Кто бы еще сомневался. Тем более, что проблем с работой у меня больше нет. Потому как с этой самой работы меня уволили тут же, как только стало известно, что у нашей газетенки могут возникнуть крупные проблемы. И источником этой самой проблемы начальство, понятное дело, считало меня.

Мутная история, в которой по-хорошему следовало разобраться. И вернуть себе память, если уж на то пошло. Только как? Обратиться к пресловутым экстрасенсам, которые много болтают, быстро вешают лапшу на уши, а потом делают вид, что все так и было? Нет уж, не стоит. Да и в магию как таковую я не верила. Но как тогда объяснить то, что я не помню разговора с начальником перед тем, как отдать ему ту злосчастную папку? И, опять же, почему мое имя оказалось на статье. Еще с неделю назад я не задумывалась обо всем этом, находясь в какой-то прострации. А сейчас словно пелена с глаз спала. Но память, увы, так и не вернулась.

Стук молоточка заставил вынырнуть из размышлений. Я дернулась от неожиданности и заозиралась по сторонам. Уже все? Он наконец-то перестал разглагольствовать? И где мой новый, чтоб его черт рогатый за одно место укусил, начальник?

— Госпожа Вирес, на выход, — проговорил один из мужчин в форме, отпирая дверь и открывая ее передо мной.