Ты просто бомба, детка

Сильный порыв ветра метнул пряди волос в лицо, едва я вышла из машины. Холодный шелк платья обвил бедра, и кожа моментально покрылась мурашками.

— Я же просил так резко не дергать дверцу, милая, — донесся спокойный голос Генри.

Мой парень, не спеша, вышел из своего авто. Красный «Хеннесси Веном» был подарком его отчима, сам бы Генри наверняка выбрал более спокойный и консервативный цвет. Как всегда, он выглядел на миллион долларов. Очень красивый, фантастически привлекательный. Подруги стонали, когда рассматривали наши фотографии, утверждая, что я им порядком подпортила самооценку, захомутав лучшего парня в городе.

Легко зажав локтем тонкую черную папку, Генри поправил винтажную запонку и стряхнул с идеально подогнанного пиджака невидимые пылинки. Закусив губу, я вообразила, как было бы здорово оказаться вместо этого промозглого местечка где-нибудь наедине в тепле и тишине. Сорвать с него белоснежную рубашку, так чтобы пуговицы дождем полетели на землю, скользнуть ладонями по обнаженным плечам, спине. Невольно поддалась вперед, захотелось поцелуя, но вместо губ, я коснулась гладко выбритой щеки.

— Нашла время, — буркнул Генри отстраняясь.

— А когда?

Я и так была сегодня на взводе, обижалась на него. Почему бы хоть немного не пойти мне навстречу?

— Шерон, ты же знаешь правила.

О, да! Я знала. Каждый четверг у нас был романтический вечер, понемногу превращавшийся в день сурка. Ужин в лучшем ресторане города, всегда в одном и том же, а затем быстрый секс и моментальный сон. Генри много работал, одновременно учился в университете и очень уставал. Ничего-ничего, когда мы станем жить вместе, появится больше времени только для нас двоих, я накуплю роскошного соблазнительного белья и… Ох! Держись, Шери, все преодолимо. Скоро ты станешь чертовски счастливой девочкой!

— Пока буду говорить с отцом, подожди в общем зале бара. Только, ради бога, не звони Хлое. Последний раз предупреждаю — этой девице не место в твоей жизни. Сглупишь еще раз, и… Черт, у него в заведении опять гулянка. В прошлый раз хоть были нормальные люди. И что их сюда всех тянет?

Генри повернулся к заведению прямо через дорогу, из окон которого раздавалась веселая музыка и крики с топотом. В распахнутую дверь выходили и заходили люди совершенно разного вида: от дорого одетых яппи до групп, похожих на хиппи. Весьма странный то ли бар, то ли клуб. Эта встреча была необходима, чтобы подписать какие-то бумаги. Поэтому мы находились на другом конце города, вместо того чтобы наслаждаться оперой в компании мамы Генри и ее второго мужа, отчима — Кшиштофа Завельски. Мне повезло, они приняли меня как родную, что, признаться, сыграло немаловажную роль в моем решении серьезно встречаться с молодым человеком.

— Генри, мы уже говорили об этом. Хлоя — моя лучшая подруга, и я…

— Она шлюха, об этом знает весь город.

Он резко остановился у самого входа, чуть не столкнувшись с пьяной красоткой в хорошо сшитом золотистом платье. Та ударом красного ногтя выстрелила сигаретой из пачки и смерила моего парня заинтересованным взглядом, но он даже не остановил на ней взгляд, просто не заметил.

— Шерон, я не шучу. Репутация моей девушки не должна быть подмочена подругой-дурой, у которой хватило мозгов только на то, чтобы связаться с секс-блогером.

Боже мой, да при чем тут интеллект? Откуда Хлое было знать, что после разрыва отношений с парнем, она проснется знаменитой на весь наш городок, потому что ее бывший снимал их ночи на камеру и теперь в отместку выставил записи в сеть. Мы спорили об этом уже не первый раз. Как он себе представляет отказ от подруги, над которой смеется весь город? Она и так ревет вторые сутки, если я перестану ее поддерживать…

— Идем быстрее!

Я едва поспевала за его широким шагом. Высокие шпильки не были предназначены для пробежек по улице.

— Может, следовало предупредить о нашем приезде? — спросила я, все еще злясь на него за отношение к несчастной Хлое.

— Пойдем, — вместо ответа проговорил Генри и нырнул в грохочущий зев явно очень популярного бара.

Сначала мне показалось, что все помещение плыло в легкой дымке. Но присмотревшись, поняла — здесь слишком много всего. Масса мелочей и деталей, которых разум не сразу успевает собрать в цельную картину. Играла живая музыка. Группа, разместившая на овальной сцене, наигрывала попурри. При этом музыканты удивительным образом ухитрялись совмещать отрывки с громким смехом, и отмачивать провокационные шутки в зал.

На затянутых красным сукном стенах теснились фотографии, дорожные знаки, неожиданные памятные предметы. Особенно меня поразила половина настоящего мотоцикла, хищно выступающего прямо из стены. Рядом с ним, никого не стесняясь, целовалась пара, причем рука девицы, как мне показалось, поглаживала партнера… несколько ниже массивной поясной пряжки. О! Она правда это делает прилюдно?