Ты моя пара!

***

Только не вздумай бежать!

Женя резко бросается к открытой двери.

Ну хорошо, девочка, сыграем в догонялки.

Каких усилий мне стоит неторопливо следовать за ней…

Даю возможность Жене выбежать из приемной: она теряется в коридоре и тратит драгоценное время на раздумье, бросается в противоположную сторону от лестницы, попутно дергая ручку каждой двери.

А вот кабинет юристов я не успел закрыть.

Банка кофе продолжает стоять на прежнем месте, клочья моей одежды и обувь разбросаны вдоль коридора.

Женя запинается о мои брюки и с глухим стоном падает на четвереньки. Резко разворачивается, ожидая моего нападения, я утыкаюсь головой в грудь и придавливаю девочку к стене.

Видят боги, не хотел я такого знакомства.

Не хотел.

Я медленно отступаю на шаг и кладу морду на ее колени. Слушая рваное дыхание, закрываю глаза, давая понять, что не опасен.

– Господи, – шепчет Женя, держа руки на весу, чтобы меня не касаться. – Кому скажи, не поверят, – нервно хихикает. Я тихо поскуливаю и глажусь о бок. – Ты меня точно не собираешься съесть?

Собираюсь, но не так, как ты себе это представляешь, и не просто съесть – сожрать!

– Песик… да какой же ты песик, – несмело касается одной рукой моего лба. – Ты настоящий бог всех псов. Вон какой красавец, – гладит, не касаясь прижатых ушей. – Огромный, сильный, красивый и добрый, надеюсь, – быстро добавляет. – Не зря говорят, что питомцы похожи на своих хозяев.

Мне хочется рассмеяться, а выходят фыркающие звуки.

– Разреши мне встать, – она несмело шевелится, а я с силой прижимаю ее бедра к полу. – Ну хорошо, посидим еще немного. А где твой хозяин, он далеко ушел?

Я раскачиваю мордой из стороны в сторону.

– Нет, – понимает мой жест. – Это хорошо. На автобус я уже опоздала, но домой все же хотелось бы вернуться. Ира, подруга, искать будет. – Тон изменился с ласкового на взволнованный. – Подумает, что меня нашел Милосердов!

Я резко вскидываю голову, отчего девушка дергается и ударяется затылком о стену.

– Что ты разволновался? Все хорошо.

Будет хорошо, когда откушу ему голову.

– Ты удивительный, будто все понимаешь. Умный мальчик. Тише, – кладет и вторую руку на меня и несмело закапывается в шерсть.

Женя

***

– Ох, Женька. – Подруга берет меня за руку и притягивает в объятия. – Ты такая счастливая. – Я улыбаюсь и целую щеку в ответ. – Когда же мне так повезет, а? Чувствовала, что не нужно было отдавать тебе ту смену.

– Танюш, между прочим, ты меня уговаривала, чтобы я за тебя поработала. Не выдумывай, – поддеваю.

Официант подходит к нашему столику, подруге наполняет бокал шампанским, а мне соком и вновь желает приятного вечера.

– Вот отхватила, так отхватила. Мне никогда мужики не устраивали посиделки с подругами и тем более не оплачивали их.

– Ты же прекрасно знаешь, что это не просто посиделка.

Таня не дает договорить и заканчивает за меня:

– Да-да, а празднование вашей с Герой помолвки. Колечко когда покажешь? – Она тянется через столик, а я прячу руку под салфетку.

– Когда остальные девчонки придут, – отвечаю с мечтательной улыбкой.

Все, что говорит Таня, действительно похоже на сказку. Разве полгода назад я могла предположить, что встречу мужчину своей мечты? Внимательного, щедрого, верного… идеального! В Геру было невозможно не влюбиться. Его обаяние окутывало и впитывалась моментально, с первой встречи. С простых слов приветствия, произнесенных уверенно и жизнерадостно, с первого случайного касания руки и приглашения на кофе в тот же вечер. Таким людям сразу хочется улыбаться в ответ, и сердце предательски заходится в учащенном ритме. И ты с удовольствием принимаешь его ладонь, берешь под локоть, как будто вы знакомы не первый день и прогуливаетесь по дождливому городу, а на прощание он крадет невесомый поцелуй.

– Эй, Земля вызывает самую счастливую невесту. – Таня машет ладошкой перед моим лицом. – О чем ты задумалась?

– О Германе, – отвечаю, а сама стараюсь спрятать дурную улыбку.

Подруга, не скрываясь закатывает глаза, и смотрит на меня с наигранным осуждением:

– Кто бы сомневался, – весело фыркает и подпрыгивает, вскидывая руку. – Мы тут!

– Тань, тише. На нас обращают внимание, – я одергиваю ее. Оборачиваются хмурые люди, и я дарю им извиняющуюся улыбку. – Ты же видишь, их провожает официант. Девочки не заблудятся.

– Переживут, – отмахивается Таня и продолжает усиленно вскидывать обе руки. Ну разве можно на нее обижаться? Такая непосредственная и веселая. – Я не виновата, что твой мужик выбрал самый дорогой ресторан города. Пусть эти расфуфыренные снобы нас терпят. Нас, простых парикмахерш и учителей.

После слов подруги рядом сидящий мужчина внимательно ее осматривает. Поджав недовольно губы, он поднимает взгляд от вызывающе красных туфель на высоком каблуке и платформе, отчего ступня изгибается и принимает несвойственную ей форму, а мне лично просто больно смотреть, по чулкам в мелкую сетку и заканчивает осмотр на кричащем золотом платье.

Да, Танюша сегодня принарядилась от души.