Турнир Пяти Башен

Удар! Чёрное лезвие секиры с воем вспарывает воздух над головой – успел уклониться! Пытаюсь контратаковать. Только бы достать врага клинком! Не тут-то было. Противник предвидит мои действия. Пинок в грудь, и я отлетаю, кубарем покатившись по раскалённому, провонявшему кровью и потом песку. Отскакиваю – и вовремя! Секира вгрызается в землю в том месте, где мигом ранее был я.

Толпа взрывается восторженным ором с трибун арены. Улюлюкающая чернь жаждет кровавых зрелищ. Да и всякие аристократишки вместе с благородными магами… пусть и держатся с достоинством, но алчны до тех же развлечений. На рыжий песок уже не раз падали выпущенные потроха, разваленные тела, отрубленные конечности, дерьмо, моча и кровь. Подобное завораживает даже элиту. Ну а когда эта самая элита ещё и зарабатывает на жестоких зрелищах…

Морщась от боли, сплёвываю вязкую слюну, перемешавшуюся с кровью. Нехило здоровяк меня пнул – ступня врага размера эдак пятидесятого, а ростом он и вовсе превосходит на четыре головы. Только благодаря нудным тренировкам Гасифа я всё ещё жив.

Этот бой – подстава. Я знаю! Аргал всё устроил так, чтобы я вышел против Ухеша – его фаворита – и обязательно в поединке без магии!

Но, так или иначе, я должен победить! Поражение – смерть. Я не могу умереть, не имею права! Иначе не вернусь домой, иначе Алая с Орилой так и останутся в плену у Нунарти!

– Убей! Убей! Убей! – кричит толпа.

Острие меча приподнимается до уровня глаз, готовлюсь к атаке, присматриваясь к противнику. Он тяжело дышит, лезвие-полумесяц секиры опущено на песок. Ждёт, засранец! А я прекрасно знаю, как Ухеш может рубануть, казалось бы, из неудобной позы. Ошибаться нельзя, ибо тут нет никакой возможности сохраниться перед атакой или отмотать время. Я всё-таки не Принц Персии.

– Ну же! – пробасил Ухеш. – Великий Вахираз трусит?

– Меня зовут Шаин!

Бросок в атаку, бегу по дуге, надеясь зайти к нему с левого бока – секиру он держит в правой руке. Ухеш разворачивается. Вижу будто в замедленной съёмке, как блестящее на солнце лезвие смертоносной бандуры отрывается от земли, взрезая и взметая песок. Секира устремляется ко мне. Надеюсь перемахнуть в кошачьем прыжке через опасное препятствие, кувыркнусь, затем меч рубанёт противника по боку. Так по крайней мере я планировал…

Ухеш оказался быстрее. Полумесяц секиры всего лишь задел кончиком острого выступа, разодрав моё драгоценное бедро! Я рухнул на песок, выронив меч, матерясь и истекая кровью. Боль вгрызлась в ногу, заставляя кричать.

– Твою мать!

Чернь на трибунах восторженно взревела.

– Убей! Убей! Убей!

Ухеш медленно, я бы даже сказал, театрально развернулся ко мне.

– Я ждал! Как же я этого ждал, Вахираз! Господин Аргал меня вознаградит!

Секира поднялась надо мной. Это всё? Тут обрывается мой путь гладиатора? Путь, на который я встал ради денег, но продолжил ради друзей и данного слова…

От горизонта до горизонта средь равнин, гор, рек, озёр и лесов раскинулся Дархасан – Город Тысячи Граней. Даже если б человек воспарил, взлетел высоко в небеса – в вотчину птиц, всё равно не увидел бы конца и края города. Пять вавилонских башен, чьи вершины, казалось, дотянулись до самих звёзд, возвышались величественными гигантами над простыми смертными, снующими среди улиц, аллей и паутины узких переулков, созданных огромными скоплениями одно– и двухэтажных каменных домов. Башни образуют правильный пятиугольник вокруг арены, где ежегодно проводят турнир Дархасана. Если идти пешком от одной к другой, то при лучшем раскладе дорога займёт дней двадцать. Почти столько же нужно топать до арены.

Нам потребовалось гораздо меньше времени, если точнее – несколько секунд. От юго-западной башни – обители госпожи Таргин Сайдаран – весь путь наш гладиаторский отряд из десяти человек преодолел благодаря порталу.

Выстроившись в шеренгу, мы стояли перед входом на арену, зиявшим тёмным провалом стрельчатой арки в тянувшейся к небу стене. Я не смог определить её высоту. Сорок – пятьдесят метров? Или выше? Хотя в сравнении с башнями ядаров местный колизей смотрелся ничтожным карликом. По бокам от входа высились величественные статуи крылатых быков с человеческими бородатыми головами – ламассу. В Дархасане эти каменные стражи охраняют врата практически любого мало-мальски значимого строения, взирая на посетителей мёртвым и в то же время каким-то пронзительным взглядом, будто просвечивают любого насквозь. Когда смотришь в их глаза, волей-неволей тело покрывается мурашками.

Солнце висело в зените и нещадно припекало голову. Рихада – мага и помощника госпожи Таргин – это, похоже, нисколько не волновало. Одетый в чёрный, расшитый серебряным орнаментом балахон, тот важно расхаживал перед нами с нахлобученным капюшоном, постукивая по мостовой посохом с человеческим черепом на набалдашнике. В такт шагам на груди раскачивался круглый медальон, украшенный восьмиконечной звездой с завитушками узоров в лучах – символ Таргин.