Туманный лисий мех

Сплетались крыльями любовь и смерть над нами

Цыгане с песнями расселись у костров

Мчал поезд глядя вдаль открытыми глазами

Мы вглядывались в ночь прибрежных городов

Гийом Аполлинер «Элегия» (пер. М. Яснова)

O Magali, se tu te fas

Luno sereno,

Ieu bello neblo me farai,

T'acatarai! 1

Провансальская народная песня

У кошки девять жизней. У лиса одна, но вечная.

У меня их двенадцать. И если что-то вышло не так в первой, в двенадцатой все точно сложится, как надо.

Клянусь.

1

Аист

Вне времени и пространства

– Говорят, Желтый Аист родился где-то в горах Китая давным-давно, когда магия была так же обыденна, как чаша риса на ужин.

Есть много разных версий легенды о прекрасной золотой птице, умевшей танцевать лучше любой красавицы из гарема императора. Некоторые утверждают, что она была дочерью портного, столяра, но чаще рассказывают, что она не рождалась.

Ее нарисовал желтым мелом на стене чайной бедный студент, которого хозяин иногда кормил бесплатно. Студент сказал:

– После трех хлопков в ладоши Аист будет сходить с картины и танцевать, но только для нескольких зрителей. А если она станцует для одного, случится несчастье.

Об этом прознал злой мандарин и захотел, чтобы Аист танцевала для него, но она сплясала лишь один грустный танец и стала обычным рисунком. Мандарин пытался соскоблить картину, увещевал златоперую красавицу подарками – она оставалась недвижима.

Скоро чайную вновь посетил красная панда Ми, поиграл на тростниковой дудочке, и птица ожила и ушла с ним. Больше их не видели.

Но это самая безобидная версия, самая известная в народе.

А есть правдивая, которую знают немногие.

Студент Ми сам старался защитить свое творение, и тогда злой мандарин убил его. Но Аист об этом не знала – висела молча на стене, как картина. И лишь спустя тридцать лет услышала она разговор двух вельмож:

– Старый мандарин скоро умрет. Много дурных поступков он совершил.

И тогда пред изумленными взорами вельмож птица сошла со стены и промолвила:

– А, мандарин умирает? Вот как… Передайте ему, что я станцую для него напоследок.

Мандарин дал Аисту множество красивых украшений, дорогой шелковый наряд и приказал танцевать – только для него, в самой большой комнате дома, красавица сплясала танец, какого в тех краях никогда не видали.

И немудрено – женщины тогда туго бинтовали ступни, так что даже ходили нетвердо. А ноги нарисованной птицы были здоровые, как у маньчжуров.

Танцуя, она кричала:

– Заставлять меня выступать перед тобой – все равно что делать аисту ноги короче, а утке длинней!

И у мандарина, толстого борова в шелковом халатике, закружилась голова и сперло дыхание. Он схватился за горло, да так и свалился бездыханный на пол.

А птица все танцевала, то взмахивая крыльями, то вскидывая ножку, то запрокидывая тонкую длинную шею, и каждое ее движение приносило новую смерть. Звенели золотые украшения, которыми украсил танцовщицу мандарин, взлетали, точно парус, полы одежды шелка, сверкали ее золотые глаза, холодные, как металл. Она никого не щадила – раз сплясав танец смерти для одного, она не жалела его для всех. Деревни мерли десятками – впоследствии эти гибели запишут на совесть «черной смерти».

Дошла весть о ней и до самого императора. Испугался император, но тут же успокоился: сообщили, что неустанная танцовщица двинулась на Север, собираясь покинуть Поднебесную.

И снова испугался он, ведь понял, какая великая сила заключена в теле этой птицы, что может заменить собой целую армию и весь мир поставить перед Китаем на колени.

И он послал целые отряды воинов за нею вслед, но ни один зверь не вернулся.

Ни один, кроме солдата, которому один товарищ в пути выколол глаза, назвав его любовником своей жены. Была ли его ревность беспочвенной – бог весть.

А только слепец, не видевший танца, не мог и погибнуть от него.

Он понял это, однажды ночью услышав тишину вокруг и нащупав трупы товарищей посреди лагеря. Тогда он – а был это лис, – добрался до ближайшего селения и именем императора потребовал сильнейших мужчин завязать себе глаза, чтобы поймать Аиста, пообещав им горы золота и почет самого государя.

Десять рослых кабанов и панд последовали за слепым лисом. Три дня и три ночи шли они по следам танцовщицы, пока не увидели ее саму. Тогда все надели повязки на глаза, ринулись на нее и связали, а потом упрятали в мешок.

Император пожаловал всем героям щедрую награду, а лиса назначил мандарином вместо покойника.