Цветка

После обеда Цветку отправили наловить солнечных зайцев. Было неохота. Она только-только разобрала радугу с заднего двора и настроилась складывать из нее мозаику. Но Мила и слушать ничего не желала. Нужны зайцы, и все тут.

Вздохнув, Цветка подхватила сумку, перекинула длинный ремень через плечо и поплелась в лес. Дальше маргаритковой поляны решила не заходить. Наверняка сегодня солнушки пасутся там, их любимое место. Она глянула на небо – солнце едва клонилось к западу. Времени полно! Цветка замурлыкала под нос что-то веселое и вприпрыжку поскакала по тропке. На краю поляны пришлось остановиться: особой пугливостью зайцы не отличались, но от внезапного шума могли разбежаться. А ловить их было проще простого: подкрадываешься сзади и хватаешь за уши или прямо за пушистую спинку. За хвост не рекомендовалось, солнушки легко выдергивали его из сжатых пальцев и преспокойно удирали на другой конец луга. Впрочем, дикими они не были, а пойманные и вовсе становились ручными и ласковыми.

Девочка раздвинула густые травяные заросли и задержала дыхание – на краю поляны сидел крупный золотисто-желтый заяц, задумчиво жующий маргаритку. Подобравшись к нему на цыпочках, Цветка присела, выбросила вперед обе руки. Заяц оказался в сумке, прежде чем выпустил из лап стебелек. Второй, пасшийся неподалеку – маленький пушистик с шерсткой цыплячьего цвета, – даже не шелохнулся, продолжая рыскать розовым носом по земле. Над головой кружились любопытные феслоники, Цветка отмахнулась – не до них. Она сняла мешающуюся сумку и сцапала зайчонка; тот пискнул от удивления, но доверчиво прижался к Цветкиной груди. Девочка почесала желтое брюшко и сунула пойманного солнушка к его товарищу.

Отловив таким образом еще парочку (больше не требовалось), Цветка возвратилась домой. Мила чмокнула девочку в лоб, забрала зайцев и выпустила их в небольшой загончик.

– Все, свободна!

Цветка кинула сумку в прихожей и мигом поднялась к себе в мезонин по винтовой деревянной лесенке. Два круглых окошка пропускали широкие теплые лучи, и в них танцевали задорную сальсу пылинки. На столе валялись разложенные по кучкам осколки радуги, в прозрачной стеклянной чашке хранилась собранная утром роса, но она почти высохла. Рядом лежала кисточка с щетиной из беличьего хвоста. Помнится, Цветка долго уговаривала ту белку пожертвовать несколькими волосками. Девочка плюхнулась на табурет и склонилась над разноцветными кусочками будущей мозаики…

Следующим утром ее разбудила Мила.

– Цветуська, просыпайся, есть срочное дело.

Заспанная Цветка пробурчала: «Встаю» – и бухнулась головой обратно на подушку. Но через пятнадцать минут, умытая и одетая, уже пила ежевичный чай, сидя за большим столом на веранде. Здесь собрались все: Мила, Холли, Верочка, Пейшен и дядя Добряныч. Красик болтал ногами, отхлебывая какао с молоком, специально шуршал крыльями и дразнился «цветкой-конфеткой». Цвета фыркала, задирала нос и не отвечала. Не пришла почему-то бабушка Надина, вот это девочку волновало. Оказалось, не зря. После того как допили чай и съели тосты с маслом, Мила сказала:

– Цветусь, бабушка Надина заболела. Сегодня полетишь вместо нее.

Цветка уронила, не донеся до рта, кусок коричневого сахара.

– Как заболела? Чем?

И тут до нее дошло.

– Я полечу?! Вниз, в город?

– Да. Остальные заняты, а ты как раз возьмешь зайцев, что вчера наловила, и отправишься. Сегодня ничего трудного, надо только в два места.

У девочки весело сверкнули глаза, улыбка расплылась от уха до уха. Она почесала нос – тот всегда чесался в минуты возбужденного состояния – и кивнула.

– А почему ее, а не меня? – обиделся Красик.

– У тебя важное, ответственное задание, – серьезно ответила Мила. – Ты собираешь восьмицветики.

Красик скривился, поерзал на стуле.

– Занятие для девчонок!

– Восьмицветики очень нужны, чтобы бабушка Надина поскорее поправилась. Мы сварим из них целебный отвар.

– Ну… тогда ла-а-адно. Буду через час… нет, через два.

Вихрастый рыжеволосый мальчишка соскочил со стула и, подхватив корзину, скрылся за дверью.

Мила повернулась к Цвете.

– Пойдем, соберу тебя. Опаздывать нельзя!