Царь нигилистов 4 (СИ)

Надпись в нижней части конверта гласила: «От академика Ленца Э. Х.»

Саша был уверен, что его корреспондента давно нет в живых, а где-нибудь в коридорах Санкт-Петербургского универа стоит его бронзовый бюст.

Ну, что ты ещё будешь думать об ученом, физические законы которого ты проходил в школе сорок лет назад, и авторе учебника, который вышел при Николае Первом и выдержал N изданий.

Письмо было на немецком.

Саша понял обращение «Eure Kaiserliche Hoheit». И то из-за освоенных за год местоимений, ключевого слова «Kaiser» и похожести на английское «Your Highness». В остальном тексте — только формулы и отдельные слова, которые отказывались складываться во что-то осмысленное. Нужна была помощь зала.

Никсу Саша нашел в его кабинете с золотистыми обоями, синей мебелью и овальной картиной с плывущими по морю лошадьми и собакой.

Рихтер был тут же, что Саша счел хорошим стечением обстоятельств: Оттон Борисович лучше знал немецкий.

Присутствующие были веселы и что-то горячо обсуждали.

— Знаешь новость? — спросил Никса.

Саша посмотрел вопросительно.

— Ведень взяли, — сказал брат.

— Ведено? — переспросил Саша.

— Да-а, — протянул Рихтер. — Так говорят на Кавказе.

— В который раз его берут? — поинтересовался Саша.

— Ведень — в первый, — ответил Рихтер.

— Но не в последний, — заметил Саша.

— Брали другой аул Дарго, откуда Шамиль отошел в Ведень, — объяснил Рихтер, — он назвал её «Новое Дарго», но это другое селение далеко в горах.

— У тебя не так уж хорошо с пророчествами, — упрекнул Никса брата.

— А что?

— Папа сказал, что ты предсказывал пленение Шамиля. Ты ошибся: Шамиль ушёл.

— В этот раз ушел, — уточнил Саша.

Он выложил на синюю скатерть письмо с именем отправителя на конверте.

— Я конечно лучше помню немецкий, чем прошлым летом, но не настолько, — сказал он. — Так что спасайте.

Никса взял конверт и вынул письмо.

— Честно говоря, думал, что Ленца уже нет в живых, — сказал Саша.

И сел рядом с братом.

— Эмилий Христианович сейчас возглавляет физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета, — просветил Рихтер.

— Как это ему удаётся без знания русского языка? — поинтересовался Саша.

— Все знают немецкий, — сказал Оттон Борисович.

— Ваше Императорское Высочество! — начал переводить Никса.

— Это я понял, — прокомментировал Саша.

Никса тонко улыбнулся и продолжил:

— Мне передали ваш вывод уравнения, связывающего давление и средний квадрат скорости частиц, который вы озаглавили «Никакого теплорода не существует». Это довольно остроумно, однако ничего не доказывает, к тому же вы ссылаетесь на несуществующий закон никому не известного Авогадро.

— Понятно, он тоже не слышал про Авогадро, — вздохнул Саша.

— А кто это? — спросил Никса.

— Итальянский физик. Странно, что никто о нём не знает.

— Ваше изложение темы «Свободное падение» мне также передали, — продолжил Никса. — Ваш интерес к физике и высшей математике может только радовать, однако для переписывания моего учебника у вас маловато научных заслуг.

— Он просто дерзок, — заметил Рихтер.

— Да, ладно! — сказал Саша. — Честно говоря, никаких заслуг нет. Я даже мечтать не мог, что мне напишет академик.

— Академик тебе регулярно ставит тройки, — заметил Никса. — Яков Карлович Грот его зовут.

— Ладно, — кивнул Саша. — Давай дальше.

— То, что изложение на основе интегрального исчисления кажется вам более простым, чем моё объяснение, — продолжил Никса, — достойно уважения, однако вряд ли найдётся много гимназистов такого же уровня.

— Льстит, — сказал Саша. — Найдутся.

— Предложенная вами размерность — метры в квадратные секунды, которую вы выводите из формулы — непонятна и не отражает реальности. Что такое квадратные секунды? Гимназисту легче понять, что скорость каждую секунду увеличивается на 32 фута, и это гораздо полезнее, чем бездумно подставлять цифры в формулы.

— Ну, наверное, он лучше знает, что легче понять гимназисту, — хмыкнул Саша.

Хотя, честно говоря, в последнем пассаже академика была некоторая сермяжная правда.

— Ответ писать будешь? — поинтересовался Никса.

— Чуть позже. Его надо обдумать.

У Саши были определенные мысли о том, кто ему поможет с написанием ответа. На Никсе и Рихтере свет клином не сошелся в конце концов. Есть и другие люди, знающие немецкий.

— И что там с Ведено? — спросил Саша. — Есть подробности?

— Пока была только телеграмма для папа, — сказал Никса. — Подробности через несколько дней.

— На Кавказе есть телеграф? — удивился Саша. — Где? В Грозном?

— В Грозной, — поправил Рихтер. — Нет. Ближайший в Симферополе, но это немного в сторону.

— Телеграмма пришла из Ростова-на-Дону, — уточнил Никса.

— Оттон Борисович, а что мы вообще туда полезли? — поинтересовался Саша. — Защищать кого-нибудь? Грузию?