Трюкачи-2 (роман) (СИ)

Трюкачи-2, или Трудно быть эльфом

Двое полицейских появились в кафе как раз в тот момент, когда мужчина в строгом деловом костюме доел свое мороженое со сливовым сиропом. Тео поначалу подумал, что человек в костюме показался им похожим на преступника в розыске, но тут они все трое пошли на выход: мужчина в центре, полицейские по обе стороны.

Странным в этой ситуации было то, что вся троица разговаривала очень тихо и спокойно, а затем полицейские забрали его. Даже "забрали" - сильно сказано. Мужчина просто кивнул, встал и все трое вышли. Будь это преступник - наверное, все произошло бы не так тихо и мирно.

- Они его арестовали, что ли? - сказал Тео, приподняв бровь.

- Задержали, - пояснила Киоко, лизнула свое мороженое и добавила: - это самоубийца, судя по всему. Потенциальный, в смысле.

- Хм... ну да, это ведь Аокигахара. Тут, надо думать, у полиции глаз наметанный.

- Тут у всех глаз наметанный, - внезапно уточнила продавщица. - Если встречать много-много самоубийц - поневоле научишься выделять их из толпы. Такие люди некоторое время слоняются неподалеку перед тем, как пойти по тропинке, а еще они стараются ни с кем не встречаться глазами... Особенно бросаются в глаза мужчины в деловых костюмах, блуждающие по тропинкам Аокигахары в строгой офисной одежде, их полиция забирает в первую очередь. Пиджак тут - первый признак... Собственно, это я полицию и вызвала, сразу после того, как продала ему мороженое... Специально сделала порцию больше, чтобы он не смог быстро ее съесть и уйти.

Тео как раз дожевал вафельный стаканчик.

- Неудивительно, что Аокигахара называется "лесом самоубийц"... мы только что приехали - и сразу же первого встретили...

- Искренне надеюсь, нам хотя бы трупы находить не придется, - добавила Уруми.

- Это вряд ли, - заверила подружку Киоко. - По туристическим маршрутам и дорожкам самоубийцы не ходят, так как там им могут помешать. Я бывала тут с отцом три раза - никогда ничего подобного не видела. Да и вообще, ежегодно в Аокигахаре умирает от семидесяти до ста человек, потому вероятность того, что именно сегодня где-то в лесу кто-то сведет счеты с жизнью - процентов двадцать-тридцать, не больше.

Этой поездки Тео ждал давно - по многим причинам. Если вдуматься, и вроде бы до столицы свыше трехсот километров, но с другой стороны, поездка на монорельсе из Сакурами в Токио занимает три часа. Триста километров - это много по меркам сонного Сакурами, прочно застрявшего в двадцатом веке. Глубинка - она везде глубинка, хоть в России, хоть в Японии. Но если выбраться куда-то в Киото или даже в столицу, где давно уже настало третье тысячелетие, в мир высоких скоростей и высокотехнологичных роботов... Что такое триста километров для монорельса, пролетающего это расстояние менее чем за три часа? В третьем тысячелетии, когда люди стали смотреть на Марс и Луну не мечтательно, а с расчетом, и потихоньку начинают коситься на звезды, до которых парсеки и световые годы, триста километров - уже не расстояние.

Тем не менее, экскурсия в Аокигахару для Тео - во многом знаковая. Во-первых, это его первая самостоятельная поездка, причем он отвечает не только сам за себя, но и за Киоко с Уруми.

- Так уж получилось, - напутствовал его отец по телефону, - что тут, в мире людей, мужчины - сильный пол, а девочки - слабый. И тот факт, что у Киоко какое-то там звание в каком-то там нелепом боевом искусстве и что сама она местная - ничего не меняет. Это на моей неласковой родине ты отвечал бы только за себя и думал только о себе, а тут правила другие. Так что веди себя соответственно: как единственный в вашей группе мужчина, ты в ответе за все, и все проблемы, которые могут возникнуть, решать тоже тебе.

Тео мог бы заметить, что это еще большой вопрос, кто кого на экскурсию ведет, он Киоко или Киоко - его, но не стал. В конце концов, отец - отпетый расист, считающий свою расу высшей по умолчанию, и с этим ничего не поделать. Нельзя прожить пятьдесят лет в обществе, ненавидящем и ни во что не ставящем поголовно всех чужаков, а затем переселиться в другой мир и стать другим. Отец подстроился, принял новые для себя правила, но ему не дано перестать быть дроу...

...Как и самому Тео не дано перестать быть полукровкой.

Во-вторых, в том, что Тео поехал вместе с Киоко и Уруми, есть много неочевидных плюсов. Уруми растрепала о том, что поедет в Аокигахару вместе с "людоедом с задней парты", на всю школу, и сейчас многие ученики школы Хоннодзи уверены, что больше никогда не увидят Уруми и Киоко живыми. И Тео питал слабую надежду, что, когда девочки вернутся целыми и невредимыми, хоть в пару голов на всю школу да закрадется сомнение - а действительно ли "людоед с задней парты" тот, за кого его все принимают?

Надежда, конечно, слабая, но у нее есть одно свойство: живучесть. Надежде свойственно умирать последней.