Трудоголик

Часть I. Первые сутки

Глава 1. Спящий

Пыльные, слабо освещённые колонны терялись вдалеке, за рядами ящиков и старинных шкафов. Своды украшали странные зубастые птицы и драконы. Кто-то додумался обмотать каменные изваяния тусклой светодиодной лентой, и мне подумалось, что это похоже на какой-то античный музей.

А следом подумал, что нахожусь совсем не в том месте, в котором привык просыпаться. Я лежал в ванне в гулком зале, весь в слизи, надо мной виднелась раскрывшаяся крышка. Горло свело кашлем, я некоторое время отплевывался, отряхивался от слизи. Попытался подняться — и тут же над моей физиономией возник дедок лет шестидесяти, похожий причёской и взглядом на безумного учёного, а прикидом — на постаревшего персонажа старинных вестернов.

— Ага! Живой. И человек. Самец ты наш!

— Что⁈ Ты кто, дядь?

— Ого! Язык понятный даже. Или это Способность так действует?

Я снова попытался приподняться.

— Что действует?

— Ты лежи, лежи. Правда, лучше долго не задерживаться. Меня тут преследовали, похоже.

— Преследовали? И где я…

Собственно, я сам мог ответить где, только пока не решался — в какой-то заднице. Причём всё, что располагалось позади меня — светящиеся механизмы, шланги и прочее — выглядело вполне по-земному, только было очень пыльным и обветшалым.

Предчувствие было нехорошим, уж больно все напоминало реалистичную компьютерную игрушку. Либо — убежище непонятной секты, обосновавшейся в старинном замке. А собеседник, похоже, был рад:

— Энтон. Это я. Не знаю, как в те века было принято здороваться? За руку? Кулаками? Кланяться? Целоваться в дёсна, как у лесных?

— Это Земля?

— Не-е, тише ты, какая Земля, на Землю уже давно не попасть. Закрыта барьером, не пролететь. Чаёк! Хлебни чаёк.

Он протянул кружку с чем-то горячим и приятно пахнущим. Я нервно хихикнул, и мне стало грустно. Ну, вот и всё. Приплыли — помер, или типа того. С логикой после пробуждения у меня было не очень, и пить напиток я почему-то не стал, подумалось — вдруг отравленное? К тому же, по утрам я всегда привык пить кофе, а не чай — каппучино, латте, иногда простой американо. Неожиданно Энтон посмотрел куда-то между коробок, осторожно поставил чай на край ванны, сунул руку в карман и скомандовал.

— Так, всё-таки — не показалось. Прячься! Бежим вон к тем ящикам!

Я вылез из ванны, обнаружив, что абсолютно голый. Могли бы хоть в какой-то набедренной повязке засунуть! Энтон уже скрылся где-то в темноте. Пришлось ещё раз оглядеться, и я понял, что он убежал в ту сторону, в которую смотрела моя голова, пока я лежал в ванне.

Задняя часть зала, наполненная кучей проводов, шлангов, чуть более современных коробок и прочего барахла, несколько выделялась из интерьера. Я не обнаружил ничего, похожего на выход, хотя где-то со стороны загороженных стен виднелись отблески света и длинные вздрагивающие тени. Снова посмотрел на конструкцию — шланги и провода шли к большой яйцевидной башне в пятнадцати метрах от ванны, похожей на рубку субмарины. В голове закрутились смутные воспоминания, словно я уже когда-то давно видел это, но ничего конкретного я вспомнить не смог. Из крохотного просмотрового окошка шёл тусклый зелёный свет. Рассматривать не стал, прыгнул за колонну ящиков, которую Энтон выбрал для импровизированного блиндажа.

— Это чего, мать его, ядерный реактор⁈

— Не разбираюсь, я его только включил! — шёпотом ответил мой новый приятель.

— Красивое, — отметил я.

Собеседник слегка отодвинулся в сторону и с интересом меня оглядел.

— Ничего себе ты тощий, я думал, вы там все силачами были. Чёрт, ещё и необученный. Единоборства какие-то знаешь?

— Ну, ходил в детстве в секцию. Откуда ты меня знаешь?

— Надеюсь, секция — это что-то очень мощное и эффективное, иначе нам крышка.

Я повторил вопрос.

— Откуда ты меня знаешь? И что тебе от меня надо⁈

— Тише. Они нас услышат! Рюрик, лентяй, как пропустил-то⁈

— Кто⁈

— Мародёры. Бандюганы местные, ух. Выслеживали.

— Да не они — Рюрик? Князь?

— Какой князь, обычный бард, он… Потом!

Энтон высунулся и выстрелил из чего-то, громко щёлкнувшего, забормотал:

— Двое! Вроде бы. Ладно, придётся… Так, настроиться, вспомнить бы, как это было… На Рутее…

— Что за⁈ Ты в кого-то стреляешь? — успел сказать я и замолк.

Только после этого я услышал голоса — голос гулкий, низкий и чуть повыше, отрывистый язык, чем-то похожий на китайский. После выстрела наши противники закричали, я захотел высунуться — но вовремя одумался. Что-то просвистело над головой, я обернулся и увидел древко арбалетного болта в коробке за спиной.

— Шавки, — тихо, но злобно прорычал Энтон. — Паскуды… Но огнестрела у них нет! Ха! Сейчас они сдохнут.

Лицо его в этот миг было грозным — словно у совсем другого человека. Я разглядел его оружие — оно напоминало короткий арбалет. Ещё один выстрел. Я всё еще не рисковал выглянуть, но услышал, как пронзительно завизжал тот, чей голос казался повыше. Затем послышался гулкий удар, и голос затих.

— Ха! Один другого прикончил! — расплылся в злорадной улыбке Энтон, высунулся и выстрелил дважды.