Тропа Глупца

Трактирщик Юхам пересчитывал дневную выручку, ссыпая серебряные и медные монеты в разные мешочки, и время от времени сладко зевая. Изредка он окидывал зал недоверчивым взглядом, после чего продолжал свое увлекательное занятие.

Кроме него тут находились лишь браться Триины — Старший, Средний и Младший, — вышибалы и охранники, уже второй год служащие в его трактире, а еще два мордоворота сторожили входную дверь снаружи. Такое количество охраны могло показаться кому-нибудь чрезмерным, однако для заведения, расположенного на перекрестке дорог в четверти мили от ближайшей деревни, это, увы, являлось суровой необходимостью. Точно такой же, как и шипастые дубинки, которыми поигрывали братья — был поздний вечер, и завсегдатаи, равно как и служанки, разошлись по домам, а потому необходимость раздавать тумаки пропала, сменившись нуждой в проламывании черепов всяких негодяев, решивших наведаться в заведение честного человека с гнусными целями.

И все-таки Юхам любил это время — можно спокойно посидеть и посчитать, сколько же денег принес минувший день, не отвлекаясь на надоедливых посетителей, а когда надоест, никто не запрещает подойти к небольшому зарешеченному окошку и полной грудью вдохнуть чистого ночного воздуха. Сам он спал мало — сказался опыт бурной молодости.

Последняя монетка перекочевала в кошель, и довольный трактирщик собрался уже отправляться на боковую, как вдруг дверь распахнулась, и в помещение вошел мужчина.

— Приветствую, уважаемый, — вежливо поздоровался незнакомец, и, не обращая внимания на охранников, которые тотчас же насторожились, двинулся вперед.

Юхам ощутил беспокойство — он давал своим людям четкий приказ не пускать в трактир никого статусом ниже барона. А за спиной бродяги что-то не маячила свита. И вообще, хорошие люди не шляются по ночам, обвешавшись оружием. А раз так, то следует ждать неприятностей. Однако трактирщик знал, что иногда бывает полезнее пообщаться с возможным грабителем, особенно если тот сумел разобраться с двумя охранниками, так тихо, что внутри заведения никто ничего не услышал. Дневная выручка — не слишком большая плата за жизнь, а он свое еще отобьет. Именно поэтому, приглушив злобу и страх, Юхам нацепил на лицо подобострастное выражение и произнес:

— И ты будь здоров, молодой господин. Нечасто увидишь путников в столь поздний час.

— Меня выгнало в дорогу неотложное дело.

Странник подошел к деревянной скамье и положил под нее свой внушительных размеров дорожный мешок, после чего посмотрел на трактирщика, который наконец-то сумел разглядеть его лицо в тусклом свете двух чадящих факелов. Юхам побледнел, отчего стал очень похож на мертвеца. Трактирщику показалось, что время повернулось вспять.

— Дракон? — прошептал он. — Но как такое может быть?

Прошел миг и наваждение схлынуло. Юхам понял, что путник — изящный мужчина лет двадцати пяти-тридцати, одетый во все черное, — лишь на первый взгляд — копия беспощадного ублюдка, с которым трактирщику довелось в свое время повоевать в одном отряде. Достаточно было присмотреться, чтобы заметить: незнакомец не только моложе, но и выглядит иначе. Бледная кожа, мешки под глазами, куда более острые, нежели у Дракона, скулы, рост, изящная фигура. Дракон был шире в плечах и отличался завидной мускулатурой, равно как и здоровым цветом лица. Но в одном можно было не сомневаться — эти двое приходились друг другу родственниками, и близкими.

Молодой человек широко улыбнулся, демонстрируя отличнейшие белые зубы. Полный рот отличных белых зубов, что говорило знающему человеку об очень и очень многом.

— Стало быть, уважаемый Юхам из Эйлнборга, ты знаешь человека с татуировкой дракона? Ты даже не представляешь, как я рад этому, — несмотря на широкую улыбку, голос путника был спокоен, да и глаза оставались пустыми и холодными. Казалось, что мужчина натянул маску, которая должна была подходить к ситуации, но на самом деле совершенно не понимает, для чего улыбка нужна, и что с нею делать.

Зато он явно представлял, чем займется через мгновение. Об этом Юхаму рассказало оружие гостя. На левом бедре покоился длинный меч, на правом — в простых неприметных ножнах — кинжал. Из-за поясницы выглядывали рукояти коротких мечей, а на перевязи, наискось переброшенной через грудь, разместился десяток маленьких метательных ножиков. Немногие осмеливаются в одиночку ходить по дорогам, навесив на себя столько отменной стали, да еще без доспехов.

— Ты знаешь мое имя, господин, — стараясь говорить спокойно, начал Юхам. — А как же мне величать тебя?

— Прошу прощения, где мои манеры? — мужчина склонился в изящном поклоне. — Антэрн к твоим услугам, уважаемый.

— И о какой же татуировке ты говорил, господин Антэрн? — Юхам решил сыграть в дурачка, кляня себя за бурную реакцию при виде лица путника.

— Алый дракон.