Тропа чероки

Тропа Чероки обязана своим названием отряду индейцев племени чероки, которые прошли по этому пути в 1848-1849 годах, направляясь к золотым залежам Калифорнии. Судя по сохранившимся записям, они, прежде всего, искали прибежище для своего народа, а уж потом — золото. Обнаружив, что суета «золотой лихорадки» им не по вкусу, чероки вернулись по той же Тропе.

Когда большая часть солдат, охранявших Перегон через всю страну, отправилась на Гражданскую войну note 1, часть пути от Ларами до Джулсбурга была заброшена из-за постоянных нападений индейцев, и дилижансы шли южнее, на Денвер, а потом по Тропе Чероки до Ларами.

В моем повествовании действие происходит в той части Тропы, которая идет на север от Денвера через Ла-Порт в Ларами. К северу от Ла-Порта находится свободно простирающаяся равнина, а старая станция в Вирджиния-Дейл сохранилась до сих пор. Разбойники действительно время от времени укрывались в естественных крепостях и горах холмистой западной части каньона Оуэл.

В некоторых речках вдоль этого пути индейцы чероки находили золото, и это стало одной из причин, вызвавших золотой бум в Колорадо.

Луис Ламур

К тому времени, когда дилижанс затормозил и лошади пошли шагом по долгому подъему, Мэри Брейдон была единственным бодрствующим пассажиром. По крайней мере, она так считала. Ничего нельзя было сказать о мужчине, лицо которого прикрывала черная шляпа. Несколько раз ночью Мэри видела, что он шевелится, и, судя по его движениям, было не похоже, что он спит.

Слабый серо-желтый свет просачивался через окна, засиженные мухами и покрытые пылью. Она выглянула в окно.

Из темноты уже начинали выступать округлые рыжие холмы. Похоже, это ее новый дом — твердая и бесплодная земля, монотонность которой нарушалась кое-где складками потрескавшегося известняка. Дальше, на восток, лежала цепь Скалистых гор, время от времени они виднелись над пологими холмами.

Кроме Мэри и ее дочери Пег, в дилижансе было еще четыре пассажира, сидящих в нелепых, неудобных позах — они пытались спать на местах, предназначенных исключительно для сидения.

Мужчина в черной шляпе, надвинутой на глаза, сидел в задней части дилижанса рядом с ней и Пег. До того как он заснул, Мэри успела рассмотреть его: это был худой, с орлиным носом молодой человек с ничего не выражающим, прямым взглядом и, видимо, никогда не улыбающимися глазами. На нем был темный поношенный пиджак, клетчатая рубашка, серые штаны и револьвер в застегнутой кобуре. Когда он переменил положение, она заметила второй револьвер, засунутый за ремень дулом вперед. К стенке кареты, рядом с ней, был прислонен новенький нарезной карабин. Мэри тотчас же узнала оружие, хотя плохо разбиралась в таких вещах. Она вспомнила, как был доволен ее муж, когда у него появилась возможность купить такое ружье, теперь оно лежало в ее свернутых постельных принадлежностях на верху дилижанса.

Напротив него сидел хорошо одетый молодой человек в костюме с клетчатой жилеткой. Когда он не спал, то все время пытался поймать ее взгляд. Выражение лица у него было наглое, самонадеянное.

В дилижансе ехал еще один мужчина — крепко сбитый, коренастый, с короткой бородой, одетый в готовый костюм. Слева у него тоже был револьвер, направленный дулом вперед. Единственной женщиной в дилижансе, не считая Мэри и ее дочери, была ирландка, девушка, всего на два-три года моложе Мэри.

Словно почувствовав взгляд Мэри, она открыла глаза и бросила взгляд на Пег, которая спала, положив голову на плечо Мэри.

— Хорошенькая у вас девчушка, мэм.

— Боюсь, она очень устала.

— Значит, вы проделали долгий путь?

— Мы из Вирджинии.

— Да ну? Это там, где воюют? Ну, та война между штатами, о которой только и говорят?

— Да, там. Мы уже ее повидали.

Пег заворочалась, села и потерла глаза.

— Мамочка? Еще долго?

— Нет-нет, еще чуть-чуть. Мы почти приехали.

Коренастый мужчина посмотрел на нее.

— Не ждите многого от Чероки, мадам. Станция эта — самая плохая на всей тропе. И как Бен Холлидей допустил такое! Совсем на него не похоже. — Он взглянул в окно и добавил: — Еда почти несъедобная, а Скант Лутер, станционный смотритель — подлый, грубый человек, почти все время пьян. Такой хорошенькой женщине не стоит даже и выходить из дилижанса.

Мужчина в клетчатом жилете наклонился к ней:

— Мы нигде не встречались? Определенно, вы похожи…

— Нет. — Тон ее был совершенно ясен. — Вы меня не знаете. Мы никогда не встречались.

— Но я…

Из-под полей черной шляпы послышался резкий, раздраженный голос:

— Слыхали, что сказала леди, мистер? Она сказала, что вы не встречались. Никогда.

Мужчина в клетчатом жилете вспыхнул от злости:

— Не думаю!..

— Вот это верно, мистер, не думаете. На вашем месте я бы начал думать прямо сейчас. Думать медленно и осторожно. В этих местах, если леди говорит, что она тебя не знает, так оно и есть. А кроме того, возможно, что она тебя и знать не хочет.