Троны Хроноса (Империя тысячи солнц - 5)

Шервуд Смит, Дэйв Троубридж

Троны Хроноса

Перевод с английского Н. И. Виленской

Он - законный наследник имперского трона, в безжалостных схватках отвоевавший то, что принадлежало ему по праву рождения, - корону Но... много ли значит эта корона, если титул остается пустым звуком, а трон Империи Тысячи Солнц - по-прежнему в руках узурпатора? И может ли он, не знающий страха смерти, остановиться на полпути своей судьбы?

А значит, война продолжается. Значит - грядет последняя битва за Империю Тысячи Солнц. Значит - снова пойдут в атаку боевые корабли и схлестнутся великие армии в великой и страшной битве - битве, в которой наградой победителю будет власть, а уделом побежденного - гибель.

Флот собран. Приказы отданы. Жребий брошен.

ПРОЛОГ

Согласно закону, от которого ничто в прошлом не было свободно, зло способно расти бок о бок с добром и в конце концов достигнуть пароксизма в какой-нибудь специфически новой форме.

Если есть вершины, должны быть и бездны.

Благодаря игре внутренних сил сцепления в человечестве высвобождается огромная энергия, но вполне вероятно, что эта энергия и в будущем будет использоваться столь же дисгармонично, как в настоящем и в прошлом. Что будет скрываться за этой грубой силой - механическая синергия или синергия любви к ближнему? Будет ли человек стремиться осуществить свое "я" через коллектив или попытается осуществить индивидуально нечто большее, чем свое "я"? Чего мы должны ожидать - отвержения или принятия Омеги?

Св. Тсйяр

(Пьер Теиярде Шарден)

"ФЕНОМЕН ЧЕЛОВЕКА", ок. 200 до Исхода

ПОЖИРАТЕЛЬ СОЛНЦ

Отуманенный наркотиками темпат Норио ворвался, обогнув дипластовый барьер, в Палату Хроноса. Мотыльковое биение тайной жизни Пожирателя Солнц преображалось в барабанную дробь, и с каждым ударом в него вливалась энергия, ускоряющая ритм сердца. По шероховатому бугру урианской машины он вскарабкался к сталагмиту, столь похожему на трон, не предназначенный, однако, для человека, где покоилось Сердце Хроноса. Бездна позади, словно ведущая в недра черной дыры, вокруг которой вращалась станция, притягивала взгляд, но зеркальная сфера, заключающая в себе тайну Пожирателя Солнц, влекла еще сильнее.

Пульсирующая в ней жизнь сливала пульс, дыхание и все внутренние функции Норио в одно целое с древним, почти органическим механизмом такого экстаза он никогда еще не испытывал. Время и пространство открывались перед ним в вихре эмоций, идущем от обитателей станции. Перебарываемый сознанием долга страх тарканцев, вбегающих в Палату, ужас и бешенство Моррийона, боязливое любопытство Лисантера, ощущения других людей за стенами отсека. Власть Норио все время росла. В экстатическом триумфе он сознавал, что вот-вот поглотит умы всех, кто находится па станции. Пусть это продлится одно мгновение - его потерявшему чувство времени разуму это представлялось нескончаемым удовольствием, не идущим в сравнение с его жалкой коллекцией.

Но тут он увидел мистическое свечение двух умов в причальном отсеке столь яркое, что он не мог не смотреть, Борясь с этим ненавистным, отталкивающим его светом и желая поглотить разум Вийи первым, Норио черпал силу из Сердца. Внезапная боль пронзила его, и он вспомнил мерзкую штуковину, отнявшую у него Хрима, - теперь он чувствовал пальцами ее пышущую жаром субстанцию.

У Норио вырвался вопль. Разум его вскрылся по шву, ослабленному этим уколом памяти, и развеялась наркотическая дымка, до сих пор скрывавшая от него истинную природу того, что он пытался пробудить. Теперь, когда было уже поздно, он страстно желал укрыться в неведении, в умственной слепоте нормальных людей. Острым колом в него входила боль, которую не мог выразить ни один доступный ему звук. Норио чувствовал, как рвутся жилы у него в горле и лопаются голосовые связки - что-то жуткое в своей огромности искало выхода сквозь его мозг, дробя его на миллион осколков, и каждый из них был жив и не терял сознания в пытке этого нескончаемого мгновения...

Свет начал мигать.

По тому, как стиснули оружие руки тарканцев из почетного караула, по сузившимся глазам и окаменевшим челюстям Анариса ахриш-Эсабиана, Должарского наследника, Вийя поняла, что это - явление ненормальное. Ее тело напряглось, и взгляд, обежав отсек, снова остановился на Анарисе.

Наследник застыл неподвижно менее чем в метре от нее. Она чувствовала его гнев, как обжигающий огонь, и пыталась заслониться от него своим ментальным щитом. "Если жизнь на Пожирателе Солнц такова, придется принять предложенные Монтрозом наркотики", - подумала она, стараясь хотя бы внешне сохранить невозмутимость.

Огни замигали снова, бросив зеленовато-серую тень на лицо Анариса, потом потускнели и погасли совсем, оставив от него едва различимый силуэт. Причальный отсек сделался красновато-серым, словно каменный чертог, освещаемый солнцем сквозь розовые стекла, и Вийя, не отрывавшая взгляда от Анариса, узнала, к своему ужасу и отвращению, собор в Нью-Гластонбери на Дезриене,