Трое без документов

1.

Ты хочешь, чтобы я рассказал о себе?

А мне вот неинтересно слушать о незнакомцах…

Патруль привел человек пятьдесят, но почти всех Доломи уже отпустил. Народ обычный - все больше шудры, перепуганные новостями о прорыве фронта и кинувшиеся бежать куда глаза глядят. Удивительно, как слухи распространяются по Степи с такой скоростью? Вернувшемуся с ужина начальнику станции осталось только бегло просмотреть список и коротко переговорить с командиром патруля. Не бросать ведь обезумевших граждан на произвол их же безумия? Пусть ведет строем до Кларума, там стены высокие и гарнизон большой. Успокоятся - разберутся, как дальше жить. Но оставались еще трое.

- Подозрительные! - коротко сообщил Доломи, поправляя фуражку. - Полагаю задержать, господин Пешти.

- Посмотрим…

Он уже смотрел - все трое стояли перед ним. Люди, двое мужчин и женщина. Выглядят так, что действительно надо бы арестовать.

- Документов не имеют, печатей тоже. Задержаны по одному, - продолжил Доломи. - Сопротивления не оказывали, скрыться не пытались.

- Оно и понятно, куда ты в Степи от патруля убежишь? Ладно, начнем. Вот ты! - Начальник станции ткнул пальцем в худощавого молодого человека. - Как звать?

- Кей Римти. - Задержанный переступил рваными сапогами, звякнула цепь. - Родом из Сароса. Я к морю шел. А документов нет, потому что меня ограбили неделю назад. Печать стерлась, я ведь месяца три в пути, от самой Древли пешком иду.

- Чем занимаешься?

- Я поэт.

- Нет такой профессии… - Пешти укоризненно покачал головой, глядя в вороватые глаза Римти.

- Зато есть такой образ жизни!

- Пишите, Доломи: бродяга. Теперь твоя очередь байки рассказывать, господин…

- Хью Грамон.

Второй задержанный был весьма невысок, широк в плечах и совершенно лыс. Пешти отметил, что выглядит Грамон опрятно, но лишь собственными стараниями - тут и там виднелись аккуратные заплаты.

Аккуратные, но заметные, мужская работа. Перевязь, когда-то довольно дорогая, совершенно истерлась. Было в нем что-то военное.

- Кшатрий?

- Так точно. Переведен из вайшьясов во время Второй Степной.

- Вижу, что не наследственный… Тоже бродяга?

- В настоящий момент - да, - не стал спорить Грамон. - Ищу службу. Документы утерял. Я долго жил на Территориях, и печать…

- Понимаю, понимаю. Вы задержаны. Ваша очередь, госпожа! Женщина, на вид лет тридцати, развела руками, насколько ей позволяли кандалы.

- А что говорить? Звать меня Офа Чандр, иду с Территорий, как вы их зовете. Документов нет и не было, печатей тоже. Хочу просить имперское гражданство. Можно сейчас заявление написать?

- Доломи, пишите: женщина без гражданства, род занятий не определен. - Пешти встал из-за стола и хрустнул пальцами. - Все, уводи. Дождемся разъезда, с ними и отправим.

- Так что, это запрещено что ли, гражданства просить?! - возмутилась госпожа Чандр. - Сами же пишете: «В целях заселения Степи, по Высочайшему Указу»!

- Пишем, пишем. Это хорошо, что ты такая грамотная, - кивнул Пешти, накидывая френч. - А еще пишем, что обращаться с заявлением нужно к пограничным властям.

- Ага, найди их в Степи, этих ваших пограничников! Они там только сами себя охраняют!

Доломи поднялся во весь свой немалый рост и погрозил задержанной дубинкой.

- Патрульные говорят, она намекала на… В общем, чтобы отпустили. Может, отметить ей в сопроводительной?

- Зачем нам это нужно? - поморщился Пешти. - Кому надо - разберется. Хотя… Вот этому проставь, что особо опасен!

Начальник станции покинул кабинет. Доломи перевел тяжелый взгляд на Хью Грамона. Коротышка только пожал плечами, звякнув цепью.

2.

Если ты не бывала в тюрьме, Значит, ты не бывала в пути. Вот счастливица!

Их заперли в одной камере, что тут же вызвало поток проклятий со стороны Офы Чандр.

- Это только до утра! - пообещал Доломи. - А в нужник тебя отдельно сводят, стучи.

- Ага, «стучи»! До утра меня тут на куски, может, порвут! Да еще этот… «особо опасный»!

- Он в цепях. Кричи, если что.

Окошко захлопнулось, в камере наступила тишина. Кей Римти разулся, наполнив помещение ароматом пеших странствий, и печально уставился на рваные сапоги. Грамон, как был, повалился на топчан и прикрыл глаза.

- Воняет-то! - сморщилась Офа. - Иди хоть постирай свои портянки, неряха, тут вода есть.

- Сапог мой правый - парень бравый, прошел немало он дорог, но дошагался и порвался, и больше вынести не смог…

- Чего?

- Сапог мой левый, я не первый, кто на себя тебя надел, но в общем тоже ведь из кожи, и вот протерся, заболел…

- Он что, полный идиот? - Офа посмотрела на особо опасного Грамона. Коротышка, не открывая глаз, фыркнул. - Не поняла…

- Он поэт.

- И что? И я должна сидеть тут всю ночь с придурком и с бандитом? Мама дорогая, бред какой! - Она подошла к зарешеченному окошку, встала на цыпочки. - Кажись, водокачку видно. Станция… Я никогда поездов не видала. А вы?