Триумф механики

За последние годы производство игрушек в городе значительно выросло. Все цивилизованные государства жаждали заполучить эти потрясающие механические штуки — разноцветные, удивительно правдоподобные: бьющие в барабан скоморохи, неутомимые заводные солдатики, сверхскоростные автомобили и величественные военные суда, управляемые настоящими паровыми двигателями. И даже в нецивилизованные страны, с более скромными потребностями, игрушки доставлялись с необычайной скоростью. Даже в непроходимых лесах или пустынях Африки можно было встретить детей, играющих с обломками этих чудо-машин.

Один известный ученый даже утверждал, что был введен в заблуждение в лесах Малагарасси, когда увидел необычную обезьяну, сидящую в ветвях пальмы. Он уже решил, что открыл какой-то новый вид, но все его надежды разрушились, когда он заметил патентное клеймо — «D.R.P.Nr. 105 307». Но независимая пресса, которая очень быстро разместила эту историю в своей рубрике об исследователях Африки, приравняла ее к фантастическим бредням, которые есть не что иное, как очередной хитрый ход презренной колониальной политики.

Самыми востребованными игрушками были заводные кролики, производимые компанией «Штрикель и Фордертайль». Эти механические зверьки ничем не уступали своим теплокровным прототипам. Они бегали и прыгали как живые. И если пружина была достаточно натянута, могли кружиться пять, а то и шесть раз. Настоящий гений инженерии, конечно же американец, чьи изобретения казались просто небесными дарами, разработал этих маленьких, безжизненных существ специально для компании. Но именно в тот момент, когда они, казалось, были на пике славы, наступил крах.

Возомнив себя незаменимым, мистер Хопкинс однажды с невероятной наглостью потребовал удвоить его «мизерное» жалование, сократить рабочий день, организовать место для его собственных инженерных проектов и построить ему виллу для летнего отдыха. Герр Штрикер уже был готов уступить этим требованиям. Однако герр Фордертайль парировал довольно резко: «Мы не должны этого делать из принципа. Иначе мистер Хопкинс уже через полгода заявится с новой прихотью». Герр Штрикер согласился с этим.

С усмешкой выслушав ответ своего нанимателя, американец заявил о расторжении контракта. Однако легкое замешательство и досада последнего быстро улетучились, как только стало понятно, что все секреты изготовления сохранены и производству ничто не угрожает.

— Но что, если… — робко начал герр Штрикер, — что, если Хопкинс создаст конкурирующее производство?

— Об этом можете не беспокоиться, — заверил его герр Фордертайль, у которого имелись связи в городской администрации, — он просто не сможет получить лицензию.

В это время Хопкинс, как и прежде, исправно выполнял свои обязанности. Кроме того, он постоянно добавлял какие-то новые детали к своему продукту, совершенствуя его. Как будто навсегда хотел остаться в «Штрикер и Фордертайль». Все это он делал играючи. Как раз в эти последние недели начали поступать заказы на огромные партии кроликов. Фабрика выпускала этих существ целыми легионами. В свой последний день Хопкинс, с неизменной улыбкой, надел безукоризненный цилиндр и распрощался с нанимателями, подозрительно умолчав о своих будущих планах. Герра Штрикера терзали страшные подозрения, которые очень быстро стали явью.

Благодаря своим связям герр Фордертайль получил от бургомистра сообщение о том, что мистер Хопкинс приобрел стройплощадку и теперь добивается разрешения на строительство фабрики.

— Догадываетесь? — накинулся он на своего партнера. — Догадываетесь, что он собирается сделать?

— Даже не представляю, — ответил герр Штрикер, и на этот раз он действительно даже не представлял.

— Он будет производить игрушки из цветного воздушного стекла. Цветное воздушное стекло, вы хоть слышали о таком?

Герр Штрикер никогда о таком не слышал, но он верил, что Хопкинс способен произвести что угодно, даже воздушное стекло. Он тряхнул головой, нервно повел плечом и как будто даже уменьшился на три сантиметра.

— Воздушное стекло. Какой вздор!

— Успокойтесь. Может быть, это просто опечатка и речь идет о воздушном газе[1]. О таком я слышал.

Герр Фордертайль так шарахнул кулаком по столу, что регистратор «Шэнон» у него над головой покачнулся, и закричал:

— Прекратите паясничать. Сейчас не время для шуток. Все летит в тартарары. Если Хопкинс говорит «воздушное стекло», значит, он имеет в виду «воздушное стекло». Он уже продемонстрировал наработки, правда, еще не подробный производственный план, но и из них очевидно: он обнаружил способ сделать воздух таким плотным, чтобы тот выдерживал высокую температуру и имел все свойства стекла, но при этом не разбивался.

— Это стало бы настоящим переворотом во всех видах производства, и довольно любезно с его стороны, что он ограничился только игрушками.