Тридевять земель (СИ)

Часть 1. Айур

День 1. Волчья поляна

Если первая мысль, которая посещает вас по пробуждении, это «Кто я?» – значит, вчерашняя вечеринка удалась на славу.

Артём осознал, что вечеринка действительно удалась. До совершенно свинского состояния он никогда не напивается, но вчера явно был перебор. Основной показатель: часть памяти отсутствует. Обрывочные воспоминания о том, как идёт по парку с весёлой компанией, потом… что потом?

— Где это я? – спросил Артём, поняв, что лежит прямо на траве. Трава! Да такая густая! А воздух какой свежий! Явно не городской, то есть…

Артём вскочил на ноги и заметил, что на нём тот самый костюм, в котором вчера ходил на корпоратив. Причём костюм в отличном состоянии – чистый, и даже не помятый, даром что Артём на траве лежал. Вопрос, как на эту траву попал?

«Вы спите?», всплыла фраза. Кто-то спросил его, задал этот странный вопрос, на который невозможно ответить «да». Ночной парк, кусты, глупые анекдоты – остроумные не придут на притуплённый алкоголем ум. Всё, пора совсем завязывать, с любым алкоголем.

Артём огляделся. Поляна, вокруг деревья – на вид сосны, рослые и матёрые, вон как ветви высоко. А вокруг – чего только не бывает – кем-то подстриженная живая изгородь. Семь кустов, очень похожих на волков. Причём все волки смотрят на человека, стоящего посередине. Не очень приятно, кстати.

Один из волков пошевелил ухом и Артёма словно окатили холодной водой. Что за бред!

Треск. Остальные кусты, подстриженные под волков, пошевелили головами и открыли глаза. Точно, глаза! Теперь их видно – смотрят на человека. Как-то нехорошо смотрят.

Бред или нет, а стоять на месте уже не хотелось. Артём не сразу смог заставить себя сделать хотя бы шаг, но следующие шаги дались куда как проще. Один раз оглянулся – теперь все «волки» смотрели на него, а некоторые – показалось? – приблизились. Поначалу стояли кругом, почти ровным, а сейчас уже никакого круга. Но ведь это кусты! Как кусты могут двигаться?!

Артём осознал, что вокруг него чаща. Кусты, деревья – частые, чахлые, с куцыми метёлками крон – не дают пройти. А позади что-то шуршало и шелестело, и страх как не хотелось оборачиваться. И где тут выход? Как-то ведь попал он на ту поляну – значит, есть тропинка.

Возвращаться на поляну неохота. Будем прорываться.

Артём прошёл десяток-другой метров, почти не испачкав костюм, ничего не поцарапав и не оторвав – когда услышал песню. Звучала она неожиданно и невероятно, поскольку была хорошо знакома.

— Нормальные герои всегда идут в обход! – грянул хор голосов, и повторил незатейливый припев с явным воодушевлением. Голоса приближаются. Не могут люди идти по чаще так быстро, значит – впереди дорога. Артём ещё раз оглянулся и едва не примёрз к земле: кусты в форме волков приближались. Уж неясно как им это удавалось – но передвигались, не отделяясь от земли, очень точно изображая волчью походку. Чёрт, при такой скорости им нужно не более минуты, чтобы…

Деревья словно расступились перед ним, и Артём, едва сдерживая приступ паники, вылетел почти на самую дорогу.

Дорога тоже была ещё та: мощёная не чем-нибудь, а жёлтым кирпичом. Совершенно обычная дорога в сельской местности, не так ли? Впрочем, материал и его нелепость бросились в глаза уже потом, а поначалу Артём замер, увидев, кто именно марширует по дороге, повторяя слова про нормальных героев.

Конница. Если облачённые в металлические доспехи конские кости можно считать конями. Но ведь идут! Сами идут! А всадники на конях под стать подседельным – изображения костей на их облачении. Шлемы в виде черепов со многими украшениями. Отряд двигался бодро, и до Артёма ему явно не было дела.

Позади шуршало и трещало. Волки! И что делать?

Командир отряда махнул кому-то за своей спиной. Один из всадников отделился от строя и двинулся на Артёма, держа в руке булаву. Нелепость ситуации хорошо дополнялась вполне очевидными последствиями. Поскольку биться со всадником нечем, то…

Артём оглянулся – волков пока не видно, но в чаще за спиной что-то шуршит – и бросился в сторону чащи. Сам не понимал, почему в чащу – костяной конь и всадник с булавой лучшим выходом не казались.

— Стой, охол! – услышал Артём за спиной. Что-то странное в голосе, но с этим потом. Сейчас – понять, что из двух зол лучше. Стоп! Если всадник говорит, да ещё на понятном языке, то…

Рефлексы успели выручить. Боковым зрением Артём заметил выпрыгивающего из чащи зелёного волка, и успел отпрыгнуть – казалось, что изящно и красиво, на деле споткнулся и покатился по земле. Осознавая, что сейчас его начнут не то рвать, не то бить булавой, Артём всё-таки предпочёл встретить участь стоя.

Волки бросились не на него, а на всадника. Кинься они все сразу, точно сбросили бы с седла, но каждый удар булавы отбрасывал очередного нападающего, и тот рассыпался грудой ветвей. Падал – и рассыпался.