Тряпка

Ничего бы, наверное, не произошло, если бы весна так никогда и не наступила. Зимой не случилось ничего необычного, и так бы все и тянулось, вероятнее всего, пока погода оставалась холодной и миссис Хиддингботтом не выключала отопление.

Однако вполне можно допустить, что миссис Хиддингботтом оказалась виновата в том, что произошло. Не то чтобы были какие-то основания подозревать ее в злом умысле, но просто она обладала двумя недостатками, которые присущи практически всем хозяйкам дешевых гостиниц, — она была слегка воровата и не слишком чистоплотна.

Ей не стоило так спешить и отключать батареи в самом начале марта. Ведь март — обманчивый месяц, и миссис Хиддингботтом должна была догадаться, что за коротким потеплением снова наступит холодная погода. Хотя постороннему человеку трудно было бы искать какую-либо причинно-следственную связь случившегося с невнимательностью миссис Хиддингботтом во время уборки, которую та производила осенью, в ноябре. Но, вероятно, ей не следовало забывать ту тряпку за батареей в одной из комнат на третьем этаже.

Тряпка, естественно, была грязной после уборки, но дело даже не в этом. Ведь протирка мебели не требует идеально чистой тряпки. Хотя… Кто знает? Не стоило, наверное, брать для этого тряпку с засохшей кровью от куска мяса, который лежал на ней.

Но что поделаешь? Миссис Хиддингботтом была забывчивой и не слишком умной пожилой вдовой и вполне соответствовала дому, в котором держала меблированные комнаты, — мрачному зданию из серого кирпича в пригороде Нью-Йорка, полвека назад считавшемуся элитным пригородным домом. Теперь же здесь селились одинокие неудачники из провинции, пытающиеся найти в большом городе свое место под солнцем.

Итак, в том, что миссис Хиддингботтом забыла старую грязную тряпку за батареей, не было ничего удивительного.

Но с этого все и началось.

Мистеру Трепаниди, который снимал эту комнату, следовало бы прибраться, однако он всегда был слишком усталым и занятым: целый день работал на заводе, и, когда возвращался в свое жилище, сил у него хватало лишь на то, чтобы просмотреть страницы спорта и комиксов в вечерних газетах.

Батарея, за которой лежала тряпка, была паровой, что также достаточно необычно. Но дом-то старый, и эту допотопную систему отопления владелец установил много-много лет назад. В декабре из батареи закапало, и на полу рядом с тряпкой образовалась лужица. Кроме того, из неисправного вентиля сочился пар. Вентиль давно следовало бы починить, но, поскольку батарея умудрялась оставаться горячей, миссис Хиддингботтом не удосужилась сделать это. Ну и вдобавок хозяйка не переносила сквозняков, поэтому зимой окна почти не открывались, и днем, когда Трепаниди был на работе, в комнате становилось очень жарко.

Трудно сказать, что является причиной химической реакции. Некоторые ученые склонны думать, что жизнь — это физический процесс, который невозможно воспроизвести в лабораторных условиях. Каждый знает, что некоторые химические вещества притягиваются к источнику тепла, а другие к свету, и эти вещества необязательно органические. «Тропизм» — научный термин, который используется в том случае, когда вы верите в гипотезу, что живая материя — вещество с большим количеством тропизмов, а неживая имеет очень малое количество тропизмов или не имеет их вовсе. Правда, это только лишь один взгляд на природу вещей. Ведь тепло, влага и компоненты жира были единственными составляющими при зарождении жизни в каком-нибудь кайнозойском болоте несколько миллиардов лет назад.

Что, однако, вполне могло бы быть правдой, если бы весна так и не пришла. Потому что миссис Хиддингботтом однажды утром в начале марта выключила батереи. Но к вечеру снова похолодало, как в феврале. Миссис Хиддингботтом, будучи ленивой женщиной, решила не включать батареи до следующего утра, а после действовать в зависимости от погоды и жалоб жильцов.

Как бы то ни было, Трепаниди был найден мертвым на следующее утро. Миссис Хиддингботтом постучалась к нему, потому что он не спустился к завтраку, и, не получив ответа, вошла в комнату. Жилец лежал в постели, посиневший и холодный, будто был задушен во сне.

Поднялся страшный шум, но толком ничего выяснить не удалось. Несколько усталых детективов обшарили комнату вдоль и поперек, назадавали массу глупых вопросов, составили несколько протоколов и затем передали дело на откуп следователю и похоронной команде. Трепаниди не имел родственников, значит, никому не было дела, жив он или мертв; не имел бедняга также ни друзей, ни врагов, поэтому можно исключить и случайных посетителей. Вероятно, решили все, он сам случайно задохнулся под одеялом. Конечно, тело было необычайно холодным в тот момент, когда миссис Хиддингботтом обнаружила его, но кому придет в голову обсуждать такую мелочь?

Нашли, правда, жирное пятно на простыне, такие же пятна на полу и немного плесени на лице умершего. Но никого этот факт абсолютно не взволновал.