Три свидания с ночью

Лена сидела на подоконнике в тишине темной квартиры. Десятый этаж — преимущество, когда ты любишь наблюдать за ночным городом, любоваться серебристым светом луны, бледным мерцанием звезд. Кажется кто-то писал, что звезды — это дыры в огромном черном одеяле, которым ночь окутывает землю.

Единственный фонарь на три подъезда освещал землю там, внизу. А здесь… здесь была только бархатная темнота. Полнощекая луна манила словно магнит, не давая уснуть по ночам. Ее свет — убежище романтиков. Какая разница, что с утра в школу? Плевать на экзамены.

Важно только то, что происходит сейчас; то, что оживает в душе вместе с весенней ночью.

Три ночи. А быть может уже и больше. Кто знает, сколько она вот так просидела? Город, такой шумный, сладкий и светлый днем, сейчас шуршал, растекался по земле темными закоулками и неоновыми огнями. Лена безумно хотела бы оказаться на улице и бродить, бродить… Да вот только была одна беда. Страх. Животный, всепоглощающий страх. И страшны вовсе не тени и шорохи. Страшны люди, те, что сильнее ее физически и могут ожидать добычу за углом. Лена невесело усмехнулась. В деревне она могла гулять ночные часы напролет. Лес, кладбище. Маленький ручной фонарик и дедулина винтовка. Славные прогулки. А тут страшно. Подоконник засеребрился. Лена сощурилась. Луна вновь показала ей свой нежный бледный лик из-за облака. Девушка подвинулась поближе к холодному стеклу. Штора за ее спиной легко качнулась, оседая вместе с хрупким телом. Во дворе перемигивались красные маячки автомобильных сигнализаций. Во всем доме не горело ни одно окно, в том числе и ее. А как иначе наблюдать за ночью, если сама сидишь на свету?

Беспокойная мелодия Бури Бетховена едва слышно бесилась за спиной, откатывая и разбивая о берег сознания огромные волны, пугающе завывала ветром. Лена блаженно закрыла глаза. Так хорошо. Так сладко в груди. Длинные ресницы безмятежно порхнули вверх… Девушка резко выпрямилась и припала к окну всем туловищем. На углу соседнего крыла здания, выстроенного в виде буквы «П» сидел человек. Лена моргнула… раз, другой. Человек не исчез. Темная тень падала на стену вверх. Это был седьмой этаж. Седьмой этаж! Человек! Прямо на стене! За что, черт, он вообще держится? Человек-паук. Почему-то это первое, что пришло девушке в голову. Эх, жаль, ни фига не видно! Далековато расположился. Мужчина меж тем повернул голову и исчез. Все. Просто раз и исчез. Как свет выключили. Лена начала крутить головой, в поисках неизвестного. Бесполезно. Черт! Черт! Черт! И, вдруг, он снова появился. Теперь он сидел внизу на дереве, почти под ее окном. Ветки несчастно склонились под его весом. Он смотрел наверх. На нее? Свет доставал до его лица. Глаза черные, бездонные. Лена перестала дышать. Страшно? Нет. Бесподобно. Он повел бровью и поднял глаза чуть выше. И снова исчез, а потом появился не один. Завизжала сигнализация, на крыше машины зияла вмятина. Мужчина лежал рядом на земле, а на нем сверху такой же. Снова исчезли, полетела здоровая ветка от дерева и грохнулась на землю. Лена, несмотря на пластик окна, отчетливо слышала, как она упала на асфальт. Мужчины снова лежали на земле. Они ж друг друга кусают! Лена вытаращила глаза. Пропали. Следующая сигнализация и смятая крыша, плюс бок. В некоторых окнах зажегся свет. Все прекратилось разом. Битва закончилась. В том, что это была битва, Лена нисколько не сомневалась. Теперь каждая ночь грозила стать бессонной. Лена ждала и ждала, сидя на своем подоконнике. Неделя. Две… Никто не появлялся. Незнакомец с черными бездонными глазами больше не желал будоражить ее воображение. Он не приходил. И только днем, сидя в школе, ее сознание бушевало, все повторяя и повторяя картину единожды прожитой ночи.

Лена допила отвертку и поставила стакан на стойку.

— Повторить?

— Нет. Рассудок мягко покачивался на волнах опьянения. Где Катька? Мать ее! В туалет она пошла! Минут пятнадцать уже нет. Девушка протяжно вздохнула.

— Привет. — На нее дохнуло перегаром и сильным сигаретным дымом. Лена сморщилась.

— Пока.

— Эй, чего так? — Парень слегка удивился. Девушка только сильнее поморщилась и стала пробираться сквозь танцпол, в направлении туалетов. Где же Катька? Такси. Пора отсюда сваливать. Катька нашлась быстро. Прямо тут же. Она размеренно двигалась в объятиях какого-то симпотяги и смачно целовалась. Лена сморщилась. Что опять? А утром нытье: почему ты меня не остановила.

— Кать! — Проорала она девушке в ухо. Та, продолжая засасывать парня глубже, скосила нетрезвый взгляд на подругу.

— Пошли!

— У-у. — Она даже умудрилась отрицательно качнуть головой.

— Пошли говорю! Утром опять хныкать будешь. Теперь Катя даже не покосилась.

— У-у. Лена вспомнила весь мат, который тщательно старалась забыть со времен школы.

— Тогда, я пошла. — Девушка порывисто развернулась, но успела зацепить удовлетворительный кивок. — Проглоти его! Как паучиха! — Пробубнила Лена на прощание.