Три дьявола для принцессы

Глава 1.1

— Деточка, я благотворительностью не занимаюсь! — рявкнула трактирщица. Затем фыркнула и хлопнула дверью прямо передо мной. Я отшатнулась и, потеряв равновесие, едва не слетела с лестницы.

Впрочем, вовремя прийти в вертикальное положение мне все равно не удалось. На следующий же шаг я оступилась и через мгновение оказалась почти по колено в слякоти.

— Вот же… гадость.

Гадость она и была. Мерзкая, черная, и пахла так, что помои в родном приюте в этот момент вспоминались почти с ностальгией.

И старушенция тоже была гадость! Да, у меня не хватало пары монет, но я же предложила помочь помыть посуду после постояльцев!

В общем, свободная жизнь не задалась от слова совсем.

Утром, сжимая мешок с двумя лямками, в котором болтались мои нехитрые сиротские пожитки, я думала, что впереди светлое будущее! В этом самом будущем я, озаренная лучами солнца, торжественно входила в Северные врата столицы, тотчас обзаводилась жильем. Чуть позже работой, и буквально через недельку мне под ноги подворачивался и смысл жизни.

А по факту все забуксовало сразу после проклятых Северных ворот.

Шел дождь, а меня не приняли уже пять постоялых дворов. Платы, которую я предлагала владельцам, совершенно не хватало, и приходилось искать жилье дальше.

Нет, конечно один противный трактирщик, многозначительно подмигивал и, намекал на то, чем именно я могу компенсировать недостаток финансов! В момент, когда мне поступило уже третье подобное предложение, на этот раз от низенького ушлого старикашки, в ответ очень захотелось плюнуть прямо в его подмигивающий глаз, чтобы флирт у мужика навечно перешел в нервный тик.

Как жаль, что мой второй магический плекс не позволял никого проклясть! Я могла только лечить, и то… так себе, если честно.

Поэтому, получив очередной отказ, я развернулась и, натянув капюшон посильнее, вышла обратно на дорогу.

— Ничего-ничего… — бубнила я, пытаясь успокоиться. После падения в отборную столичную грязюку с головы слетел капюшон, лента на прическе распустилась, и пряди рассыпались по уже насквозь промокшему плащу. Потемнев, светлые волосы, что обычно лишь слегка отливали голубизной, превратились в лазурно-голубые. — Бедность — не порок, — продолжала бормотать я, а может, это и вовсе просто стучали мои зубы, начавшие от холода сыпать неуместными поговорками. У меня-то уже говорить и сил не было. — Порок — это гордыня, как у василисков, наглость, как у асуров. А бедность — нет. Бедность — не порок.

С этими мыслями я спокойно продолжила путь. Прятаться от нещадно льющихся с неба прохладных струй не было никакого смысла — эдак только время потеряю и рискую к ночи вовсе остаться без жилья. А так, может быть, кто-то шибко жалостливый решится приютить меня — несчастную.

Шмыгнув носом, я поняла, что еще немного — и окончательно рухну в бездну отчаяния. Как бы я ни бодрилась, как бы ни старалась себя поддерживать, но когда на улице сумерки, а ты совсем одна в целом городе да и в целом мире, а кроме того — продрогла до костей…

В общем, при таких исходных условиях оставаться оптимистами могут только совсем чокнутые или наставники по личностному росту. Что в принципе одно и то же.

Так я и тащилась по мрачным улицам Унтара, который с каждой минутой становился все более негостеприимным. То тут, то там зажигались фонари, будто намекая, что добропорядочным девушкам уже давно пора сидеть в теплом доме, протянув ножки к огню.

Но у меня-то дома не было!

При мыслях о комфорте стало в два раза больше себя жалко.

Именно в этот момент путь мне преградила нога. И не обычная нога, а в сапоге. При этом в возмутительно белом сапоге, несмотря на ужасную грязищу и крайне отвратительный район!

Глава 1.2

Сразу же вспомнилось, как в этот миг выгляжу я сама. От моего невольного негодования несчастный ботинок не спасала даже его черная подошва.

Взгляд поднялся вверх, мимоходом заставляя меня удивляться странным светло-серым штанам, по которым причудливо расползался геометрический орнамент, и черной куртке с серебристой птицей на плече. И так мой взгляд скользил все выше и выше до тех пор, пока не добрался до лица человека, который столь нагло преградил мне дорогу. И там же он и застыл, не в силах оценить его необычную внешность, несколько скрытую глубоким капюшоном. Была видна лишь ослепительная улыбка алых губ, светлая кожа и длинные белые волосы, влажные концы которых высовывались из-под защиты куртки.

— Здравствуйте, девушка! — настолько радостно и лучезарно поздоровался этот тип, что я разом поняла — маньяк!

Только маньяки могут так счастливо улыбаться мокрым, потрепанным девушкам в темной подворотне.

Еще и глаза его ярко-зеленые сверкнули из тьмы капюшона.

— И вам добрый вечер.

Вежливость — наше все! Особенно в грязном углу незнакомого переулка в чужом городе.

— Вы, наверное, жилье ищете? — вкрадчиво поинтересовался тип.

— Эм… да.

Ну как есть маньяк. Нормальный человек грязной оборванке жилье не предложит, а я сейчас ни на что другое и не похожа.

— У меня есть что вам предложить!

“Да быть не может…” — мелькнуло в голове нервное.