Третий Генерал: Тома I-II

Кинутый мною камень шесть раз ударяется о поверхность воды, а затем всё же погружается в неё окончательно вместо того, чтобы отскочить от неё в седьмой раз.

— Рекорд, однако, — говорю я вслух.

Я тут же принялся искать новые камушки среди тех, что лежали вокруг меня. Интересно, удастся сделать камушком десять отскоков? Пашка хвастался тем, что его рекорд девять отскоков. Надо бы утереть нос своему приятелю, а то он из-за своего рекорда начал чуть-чуть зазнаваться.

— Никита! — Услышал я знакомый голос.

О, а вот и Пашка, лёгок на помине. Бежит ко мне со всех ног, лицо обеспокоенное, в глазах страх. Что на сей раз случилось? Впрочем, зачем я спрашиваю если уже сам начинаю понимать, что к чему. У нас нынче теперь один повод для беспокойства, который я всё никак не могу устранить. Впору делать ставки прав ли я или же Паша меня сейчас удивит.

— Никита, там… — Тяжело дыша начал говорить мальчик четырнадцати лет остановившись рядом со мной.– Там… Они сейчас… Я…

— Паша, дыши спокойно, — сказал я, вставая на ноги. — Восстанови дыхание, возьми себя в руки и успокойся. А потом уже начинай говорить.

— Сашка Деревязин со своими ребятами идут, чтобы убить тебя! — Выпалил мой приятель немного отдышавшись. — У этого козла проснулась магия и он хочет разобраться с тобой наконец-то раз появилась такая возможность! Считает, что раз теперь он маг, то ему простят твоё убийство!

Эх, всё же я оказался прав, но мне почему-то от этого ни фига не весело.

Правильно всё же говорят, что моральным уродам и прочим плохим людям как-то слишком часто везёт. А ведь Александр простолюдин, даже не бастард какой-нибудь, маг в первом поколении. Для простолюдина большая удача пробудить в себе магию. Если ещё в итоге дорасти хотя бы до четвёртого ранга, то жизнь совсем удалась. У Деревязина есть возможность стать сильным магом раз он уже прямо сейчас может что-то наколдовать.

— Хреновое у судьбы чувство юмора если оно именно нашему Деревязину подарила магические способности, — сказал я. — Хотя он тот ещё дурак, а им как говорят немерено везёт, так что тут ничего необычного.

— Никита, ты меня вообще слышишь⁈ Они идут тебя убивать! Тебе срочно нужно спрятаться до вечера пока не вернулся ректор! Они не рискнут тебя тронуть при нём! Тогда ведь и этому жирному борову придётся отвечать за твою смерть.

— А дальше Паша? Ректор постоянно в разъездах, надо же ему пропивать и проедать те бабки, которые он ворует с бюджетных поступлений на нас. Постоянно бегать и прятаться от этих уродов? Не получится, поймают они меня рано или поздно. Причём скорее всего именно рано, так как всё равно живём под одной крышей. А побег из детдома не выход, у меня же ни документов, ничего с собой нет. Поэтому нет, с этой историей надо кончать здесь и сейчас. Пора уже поквитаться с ними за то, что они чуть не утопили меня пару лет назад.

— Никита, но как же…

— Беги обратно, да постарайся вызвать скорую и ещё ментов, — сказал я ему положив руки на плечи. — И успокойся. У меня есть план, так что всё будет в порядке. А теперь ноги в руки и вперёд обратно к нам, понял?

— Понял!

И Пашка побежал. Эх, хороший он парень. Сколько он в своё время настрадался, как и многие другие от этих хулиганов во главе с Сашкой Деревязином. Ничего, всё, отстрадались окончательно. Остальное хулиганьё уже всё поняло и ведёт себя нормально, лишь иногда они вспоминают старые привычки. Но, как правило, пара тумаков легко исправляют ситуацию и помогают вспомнить как нужно себя вести. А иногда даже до тумаков дело не доходит — ребята сами осознают, что перегнули палку и извиняются. Теперь все живут по правилам, которые установил лично я и все вроде как довольны. Для полной идиллии ещё бы выбить с нашего ректора денег, но это уже что-то из разряда фантастики.

Так хорошо жить стало в нашем детдоме, что даже наши наставники почуяли кардинальные изменения в поведении детей. Правда приписывают заслуги по этому вопросу себе, но мне плевать. Прежде чем я покину это заведение раз и навсегда все эти товарищи получат от меня… «наставления», чтобы впоследствии в детдоме царил порядок даже без меня. Пускай начинают заниматься своими прямыми обязанностями или их потом ждёт очень тяжёлый разговор со мной. А я человек сложный, к тому же меня иногда переклинивает и тогда начинаю буйствовать и карать. Будем надеяться, что у воспитателей хорошо развит инстинкт самосохранения.

По итогу лишь четверо придурков не хотят жить нормально. Точнее один, а трое обычные подсосы, которые может и хотели бы жить спокойно, но их главарь не оставляет им иного выбора. Не были бы они бесхребетными тварями, то уже давно перестали бы под ним ходить. От меня в свою очередь они получили бы защиту от Деревязина. Слабовольные, такие будут подчиняться более сильному или имеющему большой авторитет и выполнять любые указания. Даже если они им не по духу. Мне ли не знать, что таких людей немало…