Третье правило дворянина

Когда на следующий день меня разбудил Тосик, часы показывали уже полдень.

— Вообще-то мог бы и раньше разбудить, — попенял я ему, направляясь в ванную.

— Сок карамба! — ответил он, намекая на то, что если бы ему не приспичило сока, то я бы еще продолжал спать. Каков наглец!

Справившись с обычными утренними делами, я позавтракал, выпил чашку чая и набрал Гуляева. К моему удивлению, его телефон был выключен. Странно, обычно следователь свой аппарат не выключает круглосуточно. Неужели он, как и я, решил отдохнуть после вчерашнего?

Учитывая то, что мне очень хотелось познакомиться с Китайцем и немного побеседовать с ним, я решил лично выяснить, почему Иван Львович отключил телефон. Поэтому я наскоро оделся и поехал в жандармерию.

Вот только там меня ждала крайне неприятная новость, которая застала меня врасплох. Оказалось, Гуляев был убит при задержании Виктора Ванга, а самому преступнику удалось сбежать.

Услышав это известие я, конечно, пожалел, что не принял участие в задержании Китайца. Выходит, зря послушался следователя. Мне особой разницы не было, когда ехать в Портал, а вот из-за его самоуверенности теперь поговорить с Вангом у меня не получится. Да и с самим Гуляевым тоже, между прочим.

Вопрос, кто его нанял — Хват или господа герцоги, теперь останется без ответа. Если предположить, что его нанял Голованов, то это было бы, конечно, самым лучшим вариантом — лидер наемников уже мертв, а значит угрозы он для меня больше не представляет. Ну, а если это были мои друзья из Москвы, то шанс вновь встретиться с Вангом у меня есть… Если я не доберусь до него раньше. Время покажет.

С этой мыслью я вышел из жандармерии, поразмыслил над тем, что мне делать дальше и набрал Владыкина.

— Виконт Соколов, рад вас приветствовать, — подобострастно поздоровался со мной граф. — Неужели вы соизволили почтить мою скромную персону своим звонком?

— Владыкин, не валяй дурака, — сказал я.

— А я-то думаю, когда ты мне соизволишь позвонить и похвастаться? — хохотнул он. — И вот, спустя всего несколько дней, я дождался высокой милости! Ты что там, вообще зазнался?

— Да все как-то времени не было, — по сути я даже не соврал. — Так что вот, звоню сейчас. Если честно, очень хочется выпить в хорошей компании.

— Неужели? Что-то на тебя это не похоже, — сделался серьезным граф. — Да и вообще, что за тоска в голосе? Человеку новый титул дали! Здесь радоваться нужно, а он грустит…

— Вообще-то не только титул, а еще и звание очередное, — скромно добавил я.

— Серьезно? Тебе что, уже капрала отвалили? — удивленно спросил Михаил.

— Есть такое дело.

— Тогда я тем более отказываюсь понимать, что происходит. Соколов, ты там часом не приболел? Или, может быть, проблемы какие на любовном фронте образовались? Я, если что, ни при чем, — поспешно сообщил мне Владыкин. — После того случая Таганцеву я даже не видел.

— Да не приболел я, здесь другое… Сразу так всего и не расскажешь. В общем, меня в Москву переводят, ваше сиятельство.

— Ого! — хотя графа удивить было крайне сложно, по его голосу я понял, что сейчас мне это удалось в полной мере. — Высоко летать начал, господин Соколов! Ну и как это понять? Ты мне должен обязательно рассказать об этом и чем скорее, тем лучше.

— Так я тебе затем и звоню! — усмехнулся я. — Говорю же, выпить хочется в хорошей компании, а ты вопросы глупые задаешь.

— Давай на шесть часов в «Стерляди»? Раньше я не успею, у меня кое-какие важные дела еще есть.

— Договорились.

Чтобы не терять времени, я набрал Боброва и договорился с ним встретиться через час в его ресторане. Не хотелось откладывать вопрос о мере его благодарности за Хвата — с каждым днем моя заслуга в этом деле будет казаться графу все меньше и меньше. Он с готовностью откликнулся на мое предложение, поэтому вскоре мы уже обедали вкусным жареным гусем, а он хвастал результатами проведенной операции. При этом о смерти Бригадира он даже не вспоминал — судя по всему, для него этот человек был уже в прошлом.

Как оказалось, на следующий день наемники заслали к нему парламентера и запросили мира, на который он после долгих уговоров согласился. Я думаю, что дело здесь вовсе не в доброте Боброва — это не в его стиле. Полагаю, на самом деле Бобров стребовал с них весьма приличный куш за доставленные хлопоты. Кроме того, теперь они вновь будут играть по его правилам.

Граф выглядел счастливым, как ребенок, которому накупили любимых сладостей. Он рассказывал мне о грядущих перспективах и живописал предстоящие изменения в работе его масштабного предприятия.

Когда зашел разговор об оплате моих услуг, он сходу предложил мне двадцать пять тысяч, чем меня сильно удивил. Я думал, что он предложит мне не больше половины от этой суммы. Но после того, как мы продолжили разговор, и я понял в какую сторону он клонит, я догадался, почему он был так щедр со мной.

— Вас устраивает эта сумма, господин виконт? — по его взгляду было понятно, что он ожидал от меня благодарностей за оказанную им щедрость.

— Спасибо, граф. Этих денег будет достаточно.