Трещины

В каждом уголке необъятного земного шара, на каждом клочке земли, вовлечённом в безумную и хаотичную суматоху под названием «Жизнь», царит своя, особенная атмосфера. Каждый город по-своему пахнет, иначе шумит по ночам, дождь там идёт совсем под другим углом – и не стучит по темени, а всё норовит попасть за шиворот. Этот обособленный кусочек мироздания начинается для вас с огромного щита с надписью «Тверь» или «Владимир» или «хутор Большая Паника», с особенных колдобин на дороге, какого-то совершенно невообразимого ветра, кривых и запутанных улочек…

К чему вы сразу прицепитесь? К густому, точно кисель, туману; дьявольскому пеклу; или же ясному солнышку, согревающему в погожий день. Если кто-то скажет «Питер» – сразу представите белые ночи и проливной дождь, который не прекращается круглые сутки, семь дней в неделю. Когда вы попросите описать погоду в Волгограде, я отвечу – это не погода, а сущее издевательство, проклятие с небес.

Меня не удивить метеорологическими кониками – в городе, где пляшут мосты, по определению положены раскардаш и тарарам. Летом здесь плавится от жары асфальт, а зимой пар изо рта замерзает в полёте и падает оземь хрустальными брызгами. Дождям, бичующим эту землю, ужаснутся даже жители экватора, а засухе – самые прожжённые кочевники. Абсолютно нормально, если в середине января вы не можете найти ни единой снежинки. Всё это с огромной компенсацией выпадет в апреле, и все транспортные магистрали и трассы встанут намертво на несколько дней.

К слову сказать, я умею вызывать дождь. Для этого достаточно надеть белые носки, белые туфли, белые, опять-таки, брюки, белую (кто бы мог подумать!) майку или рубашку и для пущей эффективности метода взять с собой что-то очень ценное, например, парадный костюм, важные документы или фотоаппарат без чехла. Этот нехитрый способ гарантирует тропический ливень, даже если пять минут назад в небе не было ни облачка. Увы, в обратном порядке он не работает, а выходить на новую работу во всём чистом и нарядном я уже зарёкся. И вот на тебе – лупит стеной. Повинуясь властной руке невидимого дирижёра, дождь барабанит по стёклам, усердно стучит о жестяные козырьки и держит строгий ритм, в который изредка вклиниваются далёкие раскаты грома. В мерном плеске мириад крохотных капелек, складывающихся в гигантских масштабов симфонию, мне чудится чей-то жуткий шёпот, треск ломаемых костей и даже шкворчание бикфордова шнура.

Ох, до чего не хочется работать в такую мерзкую погоду! Сейчас бы угнездиться в большом мягком кресле, завернуться, точно в кокон, в большой ворсистый плед, придвинуть поближе вазочку со вкусностями и побаловать себя здоровой кружкой кофе, сдобренного щедрой порцией корицы, ванили и кардамона. Замечательно, конечно, если есть с кем разделить эту огромную, горячую кружку, полную ароматного напитка Богов, но что поделать…

Я достал из кармана телефон, прикрыл экран ладонью, чтобы на него не попала вода. Пара капелек всё-таки заляпала сенсор, выругавшись, я вытер его о куртку, и он тут же покрылся мерцающими разводами.

«Революционная 24, квартира 9, Никитин Дмитрий. 16:14. « – значилось в  последнем сообщении. Никаких пояснений или условий выполнения заказа, так даже проще. Люблю, когда предоставляют полную свободу действий.

Я огляделся по сторонам, не заметят ли моих фокусов с домофоном. Иногда, для пущего разнообразия, я люблю обзвонить соседей, представиться чужим именем и слёзно попросить их впустить, неловко извиняясь и проклиная свою забывчивость, неряшливость или глухоту домочадцев. Чаще, правда, приходится выслушать о себе немало нелицеприятных, оскорбительных и обидных выражений, зато это вносит некую приключенческую нотку в мою нелёгкую профессию. Но сегодня настроение и без того было ни к чёрту, так что я решил освежить навыки взломщика. Пара движений, – и под незамысловатую мелодию домофона я вошел в подъезд, отряхиваясь, точно дворовый пёс, пущенный внутрь на время непогоды.

Такая знакомая планировка – помнится, где-то на этой улице, так же на третьем этаже жила девушка, которую я сильно любил… Дело  было в 11 классе, то бишь, самый подростковый возраст – тут и неразделённые чуйства, депрессия и прочие грусть-печаль, и песни-стихи, цветы и романтичные признания… А всё почему? Потому что иначе это был бы не я.

Умею же глянуть случайной девушке в глаза цвета океана во время шторма, нафантазировать невесть что, сотворить себе идеальный образ, а потом страдать, страдать… Эх, даже чаю не могу спокойно заварить – изойду на всяческие тревожные мысли, сомнения, верный ли я сделал выбор?  А с делами амурными в моей жизни творится катавасия сродни Шекспировским сонетам. И дело не только в моих фантасмагоричных критериях подбора «Любви всей моей жизни» и не в тотальном неумении «ухаживать»… Чёрт побери, даже если вдруг какая-то девушка положит на меня глаз… В моём мозгу срабатывает датчик тревоги и начинает голосить: «Алярм! Тревога! Что-то здесь не так!! БЕЖИМ!!!