Торговцы смертью: online version

Наверное, нет смысла рассказывать о том, что жизнь прекрасна и удивительна. Она удивительна в любом случае, потому что не перестает нас удивлять. Ловить смысл жизни бесполезно, а вот смотреть в ночное небо над Брюсселем, стоя на небольшой террасе новенького дома в самом центре города, согласитесь, приятно. Иногда жизнь так закручивает сюжеты, что и маститый писатель в изумлении разводит руками: ну куда мне до такого додуматься, ан вот оно, существует. И хотя события этой книги вымышлены, а имена героев не имеют ничего общего с именами настоящих людей, прошу учесть – за всеми фактами, приведенными в этой книге, нет, нет да и скрываются реальные события, происходившие в нашей жизни, ну, если не со всеми нами, то хотя бы за некоторыми из них. Имена политиков и политические события являются всего лишь историческим фоном. Мнение автора не всегда совпадает с мнениями героев книги, а часто им противоречит.

Брюссель.

Кайф – это когда ты стоишь на открытой террасе элитного дома в самом центре Брюсселя, куришь, и смотришь в ночное небо. Ночью, в это время года, облака над Брюсселем явление редкое. И из-за этого звезды кажутся не просто большими, а огромными. Звезды над Брюсселем мало отличаются от звезд над любой другой столицей Европы, но это только на первый взгляд. Небо над Брюсселем – нечто особенное. Я не видал такого неба ни в Париже, ни в Вене, ни в Лондоне, ни, тем более, в Киеве или Бухаресте. Наверное, такое же сильное впечатление произвело на меня небо над столицами стран Ближнего Востока – Каира, Абу-Даби, Дамаска, Тегерана. Вот только над Иерусалимом совершенно особенное небо, абсолютно не похожее ни на что другое. Да, извините за невольное отступление, не могу не признаться в своей любви к Востоку. Восток – дело тонкое, как говорил один герой, что же, в этом есть своя доля истины. Наверное, я смотрю на Восток влюбленными глазами, но мне нравиться их культура, их особый склад мысли, их обычаи, такие простые, рациональные, возможно, единственно возможные в условиях их существования. Исторически так сложилось, что Восток привлекает нас, европейцев, тянет к себе, но… Но в битве Востока с Западом я буду на стороне Запада, и все, что мне остается делать, так это молить Господа, чтобы два мира – мусульманский и христианский вновь не схлестнулись в кровавой схватке очередной религиозной войны.

Извините, немного отвлекся. Когда тебе чуть за полстолетия, хочешь не хочешь, а периодически отвлекаешься на странные разглагольствования, впрочем, у старых писателей такие рассуждения занимают большую половину романов.

Так вот, небо над Брюсселем на удивление чистое, такое чистое, что видны такие великолепные россыпи звезд, что просто дух захватывает. Это очень просто и очень красиво. Наверное, именно из-за этого неба Брюссель стал столицей Европы, наверное, именно из-за этого. А из-за чего же еще?

Я кажусь вам неистребимым романтиком? Немного есть. Знаете, я ведь уже бросал курить. Дважды. Но не могу. Вот и сейчас – я знаю, что курить вредно, но не могу не курить. Слишком много в душе накопилось, слишком много. Я курю самые легкие сигареты, но это не потому, что я борюсь за свое здоровье, просто я стараюсь отвыкнуть от вкуса курева. Пока не помогает. Единственное, я действительно стал курить меньше. Наверное, легкие сигареты на меня не действуют, я заметил, что теперь могу обходиться без курева по нескольку дней. В нашей сложной жизни курение – одно из немногих удовольствий, от которых почему-то надо отказываться. Да, не забудь, не дай бог бросить окурок вниз, поутру обнаружат – скандала не избежать. Пробовать не советую. Один раз попробовал – больше не хочу!

Он смотрит на черное небо над городом, который стал для него родным. Неожиданно, совершенно неожиданно так легли карты. Это было почти год назад. Мировой экономический кризис только-только показывал свои зубы, а у него, на Украине, казалось, что никакого кризиса не существует вообще. Это было просто стечение обстоятельств. Новая работа, серьезная страховая компания, он, подполковник спецслужбы в отставке, не так давно потерявший жену – исходный материал. Двое детей, военная пенсия, отсутствие перспектив. Это к исходному материалу, что-то, что его оттеняет.