Толстая и Тонкая

Водитель кому-то позвонил. Трубку долго не брали, и, пробурчав что-то вроде: «Куда это Вероника Маврикиевна делась? Позвоню тогда Авдотье Никитичне» (имена сутенерш условны), он набрал другой номер, по которому уже ответили и видимо сказали, что можно приезжать.

У Авдотьи Никитичны на тот момент были свободны три девицы: две весьма похожие друг на друга фифы-соплячки 20 с небольшим лет, одна в имидже жгучей брюнетки, другая – платиновой блондинки, на лице первой мелькнула усмешка, на лице второй – гримаса недовольства при виде грузного и явно чем-то недовольного немолодого мужчины. Но зато третья, далеко не девица, а высокая и полная женщина примерно 33-35-летнего возраста, с длинными волосами цвета спелой пшеницы, перехваченными у затылка простенькой заколкой, синеглазая и краснощекая, словно сошедшая с полотна Кустодиева купчиха, только бросив на меня первый взор, радостно улыбнулась и даже неуловимым движением подалась мне навстречу, но тут же снова застыла в ожидании, вдруг выберу не ее. Но я, ответно ей улыбнувшись (первый раз за этот поганый вечер), уже сделал свой выбор и подошел к ней:

- Как тебя зовут?

- Лена.

- Меня DD. Ты коньяк пьешь? - в руке у меня был объемистый пакет с позвякивающими бутылками и свертками с разной снедью.

- Да.

- Куда идем? – я знал, что при выборе «салонных» уединение происходит либо в одной из комнат этой же квартиры, либо в какой-то квартире неподалеку от «штаба».

- На всю ночь?

- Нет, до 12 или 1 часа ночи, дольше не могу, - а сейчас где-то без четверти восемь вечера.

- Тогда поедем лучше ко мне, ты не против?

- Не против.

- Я тогда скажу хозяйке и вызову такси, - говорит Лена и, погладив мимоходом мою руку, выходит из комнаты.

Две девицы прыскают под нос, но я мрачно смотрю на них, и они умолкают в тряпочку.

…Сидим у Лены на кухне, курим, пьем коньяк, запиваем минералкой и соком, закусываем сладостями, и я рассказываю ей перипетии моей «Девочки-зимы»…

Я не люблю заниматься сексом в темноте, и когда партнерша, демонстрируя реальную или показную стыдливость перед интимом (особенно первым), гасит везде свет, то обычно я прошу включить хоть какое-то символическое освещение, чтоб к тактильным ощущениям добавлялись и визуальные. Но в ту ночь, когда приняв первым душ, и в ожидании прихода Лены после водных процедур я смотрел телевизор, не стал возражать, когда она выключила свет по всей квартире и легла рядом. Нажал на пульте кнопку выключения и мы остались почти в кромешной темноте.

- Ты целуешься в губы?

Лена хихикает.

- Насмотрелся «Красотки»? Конечно, целуюсь.

Целуемся. Мягкие, теплые, податливые губы. Приятны касания ее аппетитного тела, налитых грудей, полных рук и ног женщины в самом соку, набухших сосков и складок половых губ без малейших следов волос. Приятен запах чистоты и свежести, приятны ощущения от ее ладоней, ласкающих меня по всему телу, взъерошивающие мой мех на груди и спине, подрачивающие мой член и теребящие яйца.

- Ты делаешь минет?

- Да, - и чуть погодя, - взять в рот?

- Нет, потом, я скажу когда.