Точка Омега

Марти Бреслин сидел за столом и следил за уставившимися на него камерами, дожидаясь нескольких ежевечерних минут местной славы.

— Что у нас с репортажами о происшествиях? — спросил он у Джинджер Харпер.

В последнее время на студии перестали освещать кое-какие темы, хотя Марти это не коснулось, потому что дикторы, рассказывающие о погоде, как правило, не касаются новостей. Но на него наводила ужас мысль о том, что он вдруг окажется перед камерами и ему будет нечего сказать, поэтому темный телевизионный суфлер[1] невероятно его пугал.

— Джинджер, пожалуйста, отзовись. Мы готовы выйти в эфир?

— У нас все в порядке.

— Происходит что-нибудь необычное? Хоть где-нибудь?

По всему миру движение нью-эйдж[2] получало все больше влияния, и его представители собирались на вершинах гор, в местах вроде Седоны[3], тысячными толпами наводнили Юкатан и Гватемалу. Вчера четырнадцать человек замерзло во время снежной бури на горе Эверест. Даже фондовая биржа сегодня вела себя тихо — видимо, выжидала, какие новости принесут выходные.

— Эй, Джинджер?

— Я проверяю. Си-эн-эн — тихо. Би-би-си продолжают обсуждать происшествие в Гималаях, в «АП»[4] ничего нового. Анекдоты.

Напротив Марти за новостным столом Келли и Фред перекидывались настоящими новостями. Они немного поговорили про Гималаи, но главным событием сегодня была история про банду, которая, переодевшись в полицейскую форму, разъезжала по автострадам, вымогая у водителей взятки за нарушение правил дорожного движения.

— Судя по всему, отличный бизнес, — сказал Марти в свой микрофон.

— Это точно, — ответила Джинджер.

Марти пару раз к ней подкатывал, но у него ничего не вышло. Очевидно, ее брак был настоящим. Ну и ладно, ей же хуже.

Над головой у Марти вспыхнул свет.

— Тридцать секунд, — сказала Джинджер.

— Что они там делают?

— Распевают гимны.

— А теперь обратимся к Марти, который расскажет нам последние новости о конце света, — сказал Фред Гейтерс. — Интересно, почему эту тему освещает синоптик, что скажешь, Марти?

И вот он в эфире. Наступило время волшебства. В Баффало его все знают, с ним здороваются на чиппева[5]. Не Манхэттен, конечно, но у них есть собственное озеро. Телевизионный суфлер начал медленно выдавать текст репортажа:

— Мы решили так: если представители движения нью-эйдж правы и конец света наступил, это должно иметь непосредственное отношение к погоде. Но, судя по всему, погода после апокалипсиса будет вполне приличной.

— Ну, хорошо, уже миновала полночь, сейчас 21 декабря 2012 года. Так почему же мы все еще здесь, Марти?

— Хороший вопрос, Фред. Тим Бэррис находится в Духовном центре организации нью-эйдж «Свет и любовь», в Гроверс-Миллс, Нью-Джерси. Тим, кто-нибудь уже вознесся?

— Ты в эфире, Тим, — сказала Джинджер.

На мониторе в лучах яркого света появился Бэррис, которого окружали люди в развевающихся белых одеяниях. Много молодых женщин и, судя по тому, что видел Марти, очень даже симпатичных.