Тихое место на востоке - 2

01.

- Вроде правильно едем, - Крыс сверился с картой. – Остался последний, грузится каждые восемьдесят часов на целый час, проскочить успеем с запасом. Единственное препятствие – бетонный забор, прямо перед самым выездом, и в нем ворота. Тут указано, что стальные.

И ткнул пальцем в закорючку. Не знаю, может в мире Крыса так сталь и обозначалась, только не до такой степени он от моего отличался.

Позади остались двести километров лабиринта из череды черных и редких вкраплений обычных кластеров, растянувшихся тонкими дорожками среди сплошной непроходимой мёртвой топи. У наших преследователей тоже была карта, и разрыв в сорок километров по ровной дороге они бы за полчаса максимум ликвидировали, но здесь, по пересеченному рельефу, когда приходилось и на горки забираться, и через овраги переезжать, а дорог так вообще не было, тяжелые бронетранспортеры отстали сразу, а легкие багги мы перестреляли. Остались три легких бронемашины и внедорожники, которые сейчас за нами и ехали, осторожно, потому что последние три кластера вообще были из ряда вон – узкая восьмиметровая грунтовка, с одной стороны обрыв метров в двадцать-тридцать, с другой отвесная стена, засаду на такой дороге устроить проще некуда, вот люди Мазая и не торопились, осторожничали.

К тому же свернули они не туда, была дорожка на восток через обычные кластеры, правда, с ветхим мостом через речку, но все равно, без черноты. Туда наши противники и отправились, такой карты, как у Крыса, у них не было. А у нас была. Так что по всем данным мы уперлись в тупик, который, как оказалось, не всегда таким бывает.

Сэй возилась у тягача, погоня без последствий не прошла, повреждения от крупного калибра сами на этом чудо-грузовике почему-то не затягивались. И подвеска сама себя не ремонтировала. Пробитые шины тоже требовали внимания, потихоньку стравливая воздух – одна так вообще в хлам была.

Соник отошёл метров на сто и игрался со своим мечом, как-то странно, я таких движений не видел никогда, хотя понятно, почему, в моей реальности даже крутой нинзя не может мгновенно перемещаться на десять метров. Парнишка мог, и вовсю этим пользовался, прыгая вокруг кота. Рыжий обжора на это реагировал слабо, он всегда после гороховой настойки себя расслабленно чувствовал, зато после живчика очень активным становился.

Глыба залез на крышу мерса и вглядывался в разные стороны, бдил. Кваз вообще отличался немногословностью, вполне понятной – с его-то тоненьким голоском, и некоторой медлительностью, обманчивой, при необходимости он мог двигаться резко и точно.

Так что у Крыса кроме меня слушателей не оказалось, вот он и отрывался по полной. А я слушал, отчего умного, пусть даже не слишком порядочного, человека не послушать.

- Вдаль посмотри, - втолковывал мне юный старикан, - видишь, если бы не рельеф, можно было до бесконечности вдаль смотреть?

В бинокль – так до сотни километров, мы уже забирались на пригорок, оттуда все отлично было видно, насколько диоптрии позволяли.

- А это что значит? – не унимался Крыс. – Значит, что земля тут почти плоская. Нет линии горизонта. Если найдем башню высотой с километр, можно было бы за несколько тысяч углядеть, что есть вокруг.

Я только хмыкнул. Может, у внешников такая оптика и была, а у нас – бинокли армейские. О чем напомнил собеседнику.

- Не в этом дело, - отмахнулся тот. – Ты попробуй хоть в армейский, сорок, ну пятьдесят километров максимум, а дальше все как в дымке. Атмосфера такая, вблизи не замечаем, а вдаль смотреть не можем. А над мертвыми кластерами так вообще не рассмотреть ничего.

- Нихрена не понял, - признался я. – То можно смотреть, то нельзя, ты определись.

Крыс плюнул, и снова начал мне втолковывать про угол зрения и кратность приближения, атмосферную оптику и рефракцию.

- Я давно это знала, - Сэй подошла к нам и с интересом прислушивалась. – Еще когда в школе училась, все эти рассказы про круглую Землю на географии чушью казались. Какая нафиг она круглая, если я сама фотки видела какого-то американского города с расстояния в сто сорок километров, и он там весь виден. При кривизне Земли хрен что увидишь, это правительства вешают простым людям лапшу на уши, твари, а сами небось с инопланетянами скорешились. Вон их тут сколько, значит, и у нас есть.

- Ты какой класс закончила, когда сюда перенеслась? – участливо улыбаясь, спросил Крыс.

- Девятый.

- Ты бы поучилась, деточка. В любом возрасте и в любом мире это помогает.

Сэй громко послала нас в жопу и ушла, обидевшись, Соника доставать. Вот кому было по барабану, плоская Земля или нет, со всем и со всеми соглашался, только вот начнешь ему что-то доказывать, он поддержит тебя, улыбнется, и чувствуешь себя полным идиотом.

С Сэй то же самое произошло, она получила свою дозу участия и понимания, потом – улыбку, а потом мы услышали, как она снова громко послала в жопу, теперь уже белобрысого парня.

- Не оберешься ты с ней хлопот, Бат, - Крыс почему-то твердо был уверен, что у нас с Сэй какие-то чувства друг к другу. – Сто раз подумай, и только один раз отрежь.