Тихая песня посреди всеобщего безмолвия

Тихая песня посреди всеобщего безвременья

Они договорились так: ей сегодня быть принцессой, сотни лет спящей в увитой плющом башне заброшенного замка, а ему - дезертиром, только что бежавшим из окопов Первой Мировой.

За долгие годы, прошедшие с тех пор, как принцесса укололась веретеном, её заколдованный замок сначала превратился в руины, а потом и вовсе - в камни, разбросанные по всей земле. Башня же, которую хранило средоточие таинственной колдовской силы, вросла в землю по самые верхние этажи. Потом на месте замка выстроили парк аттракционов, а в том, что осталось от башни, оборудовали подстанцию. И только самую дальнюю комнату на самом верхнем этаже никто не заметил.

Дезертир, поплутавший по белорусским лесам, намёрзшийся, изголодавший, однажды упал в снег - да так и остался лежать. Чёрный силуэт на белом фоне очень скоро запорошило, так что никто не видел, что с ним происходило дальше. А дальше таинственный вирус, подхваченный дезертиром где-то среди грязи, крови и ошмётков человечины, принялся перестраивать его тело по собственному разумению.

Так, чтобы жить вечно внутри бессмертного существа.

Поэтому, когда почти сотню лет спустя дезертир проснулся - в полуистлевшей одежде, грязный и заросший - он был в полном порядке.

Когда, почти сотню лет спустя он проснулся, была осень.

И в парке аттракционов тоже была осень, когда глубоко под землёй проснулась душа дракона. Древнее таинственное колдовство, будучи не в силах хранить тонны органики от неизбежного разрушения, собрало самую сущность гигантской рептилии в основании зачарованной башни. Теперь же, когда пришло время, дракон обретал новое тело.

Дезертир, ведомый внутренним компасом, ехал в полночном вагоне последнего дизель-поезда. Под кожаным плащом он прятал автомат со складным прикладом. Плащ и автомат он раздобыл недалеко от полустанка, случайно напоровшись на странных людей, закапывавших в лесу чьё-то окровавленное тело. Ещё там была красивая чёрная машина, которую дезертир сжёг вместе с трупами странных людей - так подсказало ему чутьё.

Было раннее утро, когда дракон окончательно очнулся от многовековой спячки. Его металлическое тело, собранное из арматуры каруселей и приводимое в движение электромоторами, издавало скрип и скрежет. Дракон привстал на задние лапы и поднял голову над почти потерявшими листву деревьями.

Дезертир вошёл в парк. Листья падали сквозь туман, и восходящее солнце едва прорывало первыми лучами белёсую завесу. Дезертир передёрнул затвор автомата - это действие он произвёл механически, не задумываясь. Просто что-то внутри подсказало сделать это.

А дракон, до этого момента неразличимый среди ржавеющих остовов, ринулся на него всей своей массой - но дезертир отпрыгнул в сторону, и удар металлической лапы пришёлся в воздух. Привязанный кабелями к подстанции, дракон не имел пространства для манёвра, но в отведенных ему пределах был прыток и вторым ударом бросил дезертира о сетку бокса с электрическими машинками.

Дезертир дал очередь от бедра, пули выбили из стальной твари сноп искр. С резким стальным визгом, дракон бросился в атаку, но силовые кабели натянулись и он остановился, не дойдя считанные метры до своей жертвы. Дезертир выстрелил из подствольного гранатомёта. Взрыв разворотил шкуру дракона - искорёженный лист металла с трафаретной цифрой "4" нанесённой выцветшей, некогда ярко-жёлтой краской, упал на засыпанный листвой бетон.

Дракон вывернулся, так что даже воздух загудел - и ударил дезертира хвостом. Дезертир, сложившись как тряпичная кукла, несколько раз перевернулся в воздухе и упал в кучу листьев.

Наступила тишина. Дракон некоторое время смотрел на неподвижное тело, потом свернулся у подножья башни и задремал, не закрывая глаз.

Но дезертир всё же встал. Дракон, извергая скрежещущее рычание, вскочил на все четыре лапы. Его противник вложил в подствольник ещё одну гранату. И выстрелил в подстанцию.

Полыхнуло яркой электрической бирюзой. Энергии в цепях дракона хватило на ещё один - теперь уже предсмертный - рык, и он упал, вздымая пёструю осеннюю листву к серому, затянутому низкими облаками небу.

Чуть прихрамывая, дезертир направился к башне. Принцесса ждала его в самой дальней комнате самого верхнего этажа, в той самой, которую никто, кроме дезертира не мог найти. Принцесса лежала в сером осеннем пальто и уже сотни лет притворялась спящей. Она, породившая дракона и башню, и судьбу дезертира, даже не стала дожидаться поцелуя. И они сплелись в одно целое на дощатом полу, на хрустящих листьях залетевших сквозь окна с выбитыми стёклами и были неистово счастливы...

А потом, когда он уже не был дезертиром, а она - принцессой, когда не стало ни дракона, ни башни, они сидели на ступеньках, ведущих в никуда, искали ангелов среди стремительно бежавших по небу облаков, и придумывали на двоих, кем они будут завтра.

Максим Кич Витебск, 27.09.2005