Терриконы

У вас в руках третья книга Мартина Бреста из цикла "Пехота". Книга, где вы увидите обе стороны этой войны, и поверьте - вы будете о-о-очень удивлены.

Он пишет легко и как будто просто. "Как будто" - потому что писать просто всегда очень сложно. Одной из главных особенностей его текстов является умение вызвать чувство сопереживания у читателя. Они затягивают, погружают, помогают влезть в шкуру автора и прочувствовать и его злость, и радость, и страх, и боль, и бесшабашность, и любовь, ну и самое главное - ощущение боя. Но никакая военная проза не может жить без юмора, и автор очень удачно передает широко распространенные на передовой шутки и взаимные приколы в многочисленных диалогах героев его книги.

I8ВN 978-617-7606-31-3

© "ДІПА", 2019

Я хочу посвятить эту книгу моей жене, самой любящей и любимой девушке на свете, которая несмотря ни на что - дождалась.

Как дождались еще десятки тысяч таких же любящих и любимых.

Спасибо вам.

ТЕРРИКОНЫ - отвалы "породы", вырубленной в шахтах и сваленной грудами на землю Донбасса, ставшие местами боевых действий, такими же, как и посадки, дороги, мосты и промзоны моей родины.

ОТ АВТОРА

Все-таки треба дать немного пояснений, чтобы не вводить уважаемого читателя "в оману". В отличие от первых двух книг - события этой являются... и вот тут я хотел бы сказать "художественным вымыслом", и это будет так же неправильно, как и назвать их "мемуарами". Нет, не так. Да, львиная доля того, что относится ко второй роте сорок первого отдельного мотопехотного батальона, является происшедшим в действительности, но и остальные сюжетные линии, хотя и происходили совсем не здесь и не сейчас - тоже были ровно такими же. Я объединил несколько историй в одну, использовав абсолютно реальные имена, позывные, родственные отношения и социальный статус героев - при этом поменяв место действия и, собственно говоря, время. Таким образом, я писал о совершенно типичном Донбассе и совершенно типичных Збройних Силах України образца конца пятнадцатого - начала шестнадцатого года, воевавших на этих терриконах этой зимой, как воевало еще четыреста километров переднего края. Моя книга - не обо мне. Она о. а какого хера я буду рассказывать заранее? Вы увидите, о чем она.

Я хотел бы сказать спасибо всем людям, которые стали героями этой книги. Нет, вру, не всем. хотя и это вы тоже увидите.

С уважением, Мартин Брест,

пехота, 41 омпб/72 ОМБр.

Кривых зеркал королевство.

От мрачной реальности бегство. Впитал песок кровь героев. Забыт их подвиг...

А кто я?!

Изгой?

Наивный мечтатель?

Не свой?

Немой?

Иль предатель?

Укор отары овечьей.

Их много.

Больше.

Не счесть их.

В загоне теплые стены.

И мягко стелят им сено.

Здесь есть корыто с похлёбкой. Не надо думать. И лёгкий Испуг почти растворился. Кошмар!..

А был ли?!

Забылся.

А воля?!.

На воле звёзды!

И холод.

На воле вой, гарь и голод.

За волю надо вгрызаться.

Без сердца, кожи остаться. Пройтись по углям горящим. Себя терять, и незрячим

дти на встречу рассвету.

Не веря - страха тут нету. Как нет пустых обещаний.

И бесполезных прощаний.

Не просят воли у Бога!

К ней только боли дорога.

В ней только битв отголоски. И колоски...

И этапы.

Расстрелы мамы и папы. Враги народа.

Война.

Души поэта подмена.

И...

Неважно.

В загоне теплые стены.

Володимир Шевченко 20.09.2019. Київ. Метро.

#потік_свідомості

Глава 1.

МИНУС ДВАДЦАТЬ

Каждая из этих историй могла произойти по отдельности, а могла пересечься с другими, стать частью чего-то большего. Хотя наверняка эти события, как и те, которые описаны в доброй сотне ветеранских книг - уже часть истории, истории забывающейся, вытесняемой из информпространства, хотя война еще не закончилась. Главное, помнить, что все это - выдумки воспаленного мозга автора, не имеющие, само собой, ни хрена общего с реальностью.

Конечно-конечно. Само собой.

* * *

Декабрь 2016, Донецкая область, Волновахский район, 1,5 км севернее околицы села Новотроицкое.

ТАНЦОР, он же Василий. ВОП 72103.

...а на трассе никого почти и не было. Очередь машин со стороны Донецка, обычно втыкавшаяся в наше КПВВ, сегодня отсутствовала напрочь, и даже редкие, обильно парящие выхлопом легковушки не нарушали прекрасного белого безмолвия, упавшего на окрестности самого северного взводного опорного пункта в самом южном секторе "М".

Бо холодно. Минус двадцать ровно, даже градусник не врет, и при этом - ни малейшего ветерка, ни облачка, солнце заливает бесполезными, ни черта не греющими лучами невспаханное поле, КСП роты, замерзшие машины, замерзших людей, замерзший и застывший мир Донбасса. Красиво. Почти хорошо.

Вася спустил ноги с койки и пошевелил пальцами в носках. Носки были такие. эээ... "бабушкины", вязаные толстой ниткой, высокие, теплые, в этих носках хотелось переступать дома по холодному кафелю кухни, ожидая, когда булькающая кофеварка нальет в высокую чашку горячий сладкий кофе. Носки были очень домашние, и в принципе ничего домашнего вокруг больше не было.