Тернистая дорога к звездам

Городок с численностью жителей немногим более шестисот тысяч человек жил своей привычной размеренной жизнью. Дышали смогом промышленных труб и кочегарок дома, люди, животные, птицы. Воздух очищался после дождя или снега, а иногда нависшую копоть элементарно уносил ветер и становилось легче дышать.

Обычный городок, каких множество в России, пестрел разнообразием старых и новых построек. Многие деревянные дома ХIХ века с резными ставнями, как памятники старины, охранялись государством, но, в то же время, их сжигали алчные строительные фирмы, высвобождая место под точечное строительство. Эта непрерывная и тихая война то разжигалась на страницах газет, то утихала совсем — все зависело от господ журналистов, этой своеобразной касты, пишущей о совести без нее или о справедливости с нарушением человеческих прав. Вот уж где прослеживался истинный эгоизм, так это у журналистов — лишь бы чиркнуть статейку. А помешает она расследованию преступления или обольет грязью, выставит наружу личное или похвалит кого-либо — это без разницы и вторично: главное первым успеть.

Районы хрущевок перемешивались с новыми спальными микрорайонами, которые разрастались вокруг обжитого центра города, из года в год увеличивалось количество автомобилей, на дорогах возникали пробки и административные потуги где-то решали проблему транспорта, а где-то ничего не делалось или частично пытались разрулить ситуацию, что видимого эффекта не давало.

Одним словом, город жил привычной, тихой и мирной жизнью без "Болотных" площадей, демонстраций и террористических актов. Понятное дело — не Москва, нечего выпендриваться: работать надо.

Поезд "Москва — Владивосток", пройдя половину пути, делал здесь пятнадцатиминутную остановку — пополнял запасы воды и продуктов. Мужчина тридцати лет сошел на перрон. Брюнет высокого роста, крепкого телосложения с правильными чертами лица особо ничем не выделялся среди других прибывших в город.

Он огляделся, заметив табличку "не курить", чертыхнулся: "Даже на улице не покуришь без нарушений, а еще о правах человека твердят"… Заботятся о здоровье — подсказывало сознание. Заботятся… Он вздохнул и спустился в переход, вышел по нему на привокзальную площадь. Сразу же подскочили водители: "Такси… куда ехать"? Он мотнул отрицательно головой, от него постепенно отстали навязчивые водители. В каждом городе на привокзальных площадях имелась своя каста таксистов, дерущих с приезжих намного дороже, чем другие водители города.

Он оглянулся назад, осматривая здание вокзала старинной постройки с пристроенным помещением из стекла для пригородных касс. Из перехода вышла женщина лет сорока с сумкой, видимо, тоже с поезда. Сбоку отделился молодой человек, поравнялся с ней, схватил сумку, вырвал из рук и кинулся наутек. Мужчина подставил подножку, парень грохнулся на асфальт, разбивая себе лицо, а он взял сумку, произнес безразлично:

— Ваши вещички…

— Ой, спасибо вам большое, — поблагодарила дама, взяла сумку и пнула ногой поднимающегося парня, — сволочь поганая. — Потом повернулась к мужчине и еще раз поблагодарила: — Спасибо.

Он пожал плечами и пошел по площади вдоль вокзала, подошел к газетному киоску, купил несколько местных газет, карту города и огляделся снова. Заметив салон сотовой связи, посетил его, купив местную симку для телефона. Отыскав телефон такси в газете, позвонил. Машина прибыла через десять минут.

— Какой-нибудь тихий и уютный ресторанчик в центре города, не забегаловку, — попросил он водителя, — где можно покушать и отдохнуть.

Через пятнадцать минут таксист остановил машину, указывая рукой на противоположную сторону дороги:

— Эдельвейс, неплохой ресторанчик, уютный, тихий, но немного дороговатый. Что-нибудь попроще желаете или подойдет этот?

— Поглядим, — ответил мужчина, рассчитываясь с водителем.

Одиннадцать утра… Он вошел в пустой зал ресторана, выбрал столик в уголке, разложил купленные газеты и стал просматривать. Подошла официантка, протянула меню. Мужчина не стал смотреть.

— Пожалуйста, девушка, солянку или борщ, что имеется, на второе картофельное пюре или фри со свининой, хлеб, чай с лимоном.

Официантка выслушала, забрала меню и удалилась. Мужчина продолжил просмотр газеты. Выбрав несколько объявлений о сдаче квартиры, обзвонил указанные номера, договорившись о встрече с хозяевами с промежутком времени в полтора часа.

Пообедав, он удивился сумме, указанной в счете. За две тысячи можно было покушать не один раз. Сориентировавшись по карте с адресами квартир, он оставил две тысячи на столе и пошел в первый адрес пешком.

Квартира на девятом этаже, лифт не работает, но он все же поднялся. Дверь открыла старушка с неприятным лицом, словно съевшая кусок хрена с лимоном. Он и сам не представлял, что получится, если смешать лимон с хреном, просто сравнение пришло на ум само.

— Я по объявлению, мы созванивались.