Тепловой барьер

Все имена и герои в книге являются вымышленными. Предложения и замечания просьба направлять на почтовый ящик kolovratka@list.ru

На этот раз они действительно нарвались на опят. По опыту Тихомир знал, что эти грибы выползают на свет раза два-три за всё лето, причём на очень непродолжительное время, а попасть в нужное время в не менее нужное место не так то и просто.

– Коляныч, дай ключи от машины. – Тихомир решил отнести ведро, которое уже было наполнено грибами.

Коля кинул ключи и продолжил заниматься увлекательным процессом отделения плодовых тел от древесных стволов, а Тихомир молча побрёл к транспортному средству, время от времени уделяя к особо интересным экземплярам растительного мира (или животного, наука с этим вопросом ещё толком не определилась) особое внимание.

Кстати, подумал Тихомир, надо бы заглянуть в капличку, что находится в местных лесах.

Тихомира всегда интересовало древнеславянство. Уж очень его как-то цепляло то, от чего его далёкие предки с такой легкостью отказались (в принципе неизвестно с лёгкостью ли). Где-то он вычитал, что каплицы, да и вообще всяческие одинокие храмы любили строить на местах бывших капищ древних славян, так сказать, что бы народ в своё время полегче приобщался к новой религии. А вот капища славяне явно устраивали не просто так, не на пустом месте. Что могли понять христиане, в нашей социологии, в нашей геофизике, в нашей культуре, в нас. Да, ничего. Вот и подгибали свою религию под веру славян. Интересно, что Византия, которая изначально была врагом Древней Руси, стала её прямым наставником. Но к чему эти рассуждения? Люди, не найдя смысл своей жизни перегрызут горло любому, кто пойдёт против их убеждений, а религия порой оставалась единственным в жизни светлым огоньком, ради которого стоит жить. Действительно. Само слово – рассуждение. Выходит, что рассуждать люди научились только тогда, когда кого-то судили. Ладно, хоть мысли о древнеславянстве настигли Тихомира в тот момент, когда он начал разбираться в происхождении своего имени, которое ему в принципе подарили его родители, и он понимал, что это лишь дань своему самолюбию, но…

За каплицей никто не следил, и поэтому она почти разрушилась. Хоть стены и были выложены когда-то каменной кладкой (штукатурка с неё исчезла полностью), крыша, бывшая некогда деревянной, сохранила только балки и, не везде уцелевшие, стропила. Однако, добавились и изменения, которые Тихомир выявил исходя из прошлого посещения этого, можно сказать, храма. Дождь, который буйствовал почти всю прошлую неделю, сделал глубокую вымоину в холме, на которой была построена каплица. Там был валун. Обыкновенный валун, может быть принесённый ледником последнего ледникового периода, может (а хотя откуда ещё взяться в Беларуси валунам) взявшимся откуда-нибудь ещё. Тихомир спустился осмотреть камень.

Раздался звонок.

– Алло – ответил Тихомир, и подумал, что вот уже в который раз повторяю кличку собаки Македонского, так ни разу её и не гладивши.

Оп па, а каплички уже нет. Камень стоит вертикально. На камне меч.

Хорошо, что не в камне, а то совсем Робин Гудом буду, подумал Тихомир и инстинктивно потянулся к мечу.

Меч Тихомир запомнил в последний момент. Чёрный. Причём абсолютно. Вспоминая школьный курс физики, Тихомир, отметил, что чёрный цвет поглощает весь спектр видимого излучения, но что б так… казалось, что он поглощает всё. Всё, что только могут увидеть человеческие глаза. И не только человеческие. Одна чёрная зияющая пустота, которая приняла определённую форму. Вначале сработала реакция – чёрное – зло. Потом мысли. Чёрное – зло только в христианстве, когда-то его знакомая ему объясняла, что в славянстве чёрный цвет не считался злом. Он потом сам в этом убедился, когда случайно натолкнулся на изделия людей, которые использовали технологию древних славян. Ложки и горшочки, расписанные под древнеславянский стиль, имели чёрно-красный орнамент. Интересно, почему славяне любили чёрный цвет, возможно цвет плодородной земли, которая кормила семью, но Беларусь, где он жил была когда-то на 97% покрыта лесами, да и племена… древляне, дрыгвяне. Ну да, одно отношение к охоте. Уже в византийской Руси это изящный ритуал дворян с гончими и рюмкой водки, а Беларуси пан, заколовший кабана, собирает холопов у камина, чтоб этого самого кабана сожрать. Да, всё-таки различия есть белорусы – охотники, русы – земледельцы. Земля у них хорошая.