Теория Хаоса. Том 3

Поместье Боунс. Шеддингфилд. Британия.

Элизабет Боунс медленно отошла от мольберта и сощурила глаза. Почти минуту она стояла в задумчивости, перекатывая никелированную обойму кисточки между пальцев. Затем девушка резко приблизилась к холсту и сделала три решительных и размашистых мазка. Вновь отдалившись, она удовлетворённо кивнула и улыбнулась, довольная результатом.

Дверь в мастерскую приоткрылась, и в проёме показался статный мужчина в дорогом клетчатом костюме-тройке. Некоторое время он медлил, не желая отвлекать дочку. Ему чертовски нравилось наблюдать за ней, когда она так глубоко погружена в творческий процесс. Поэтому глава семьи Боунс облокотился о стену и просто наслаждаясь зрелищем, умиротворённо поглаживая свои бакенбарды, тронутые благородной сединой.

- Ну и долго ты ещё собираешься там стоять, пап? – не оборачиваясь, спросила художница.

- И как только это у тебя получается? – рассмеялся мужчина. – Всегда каким-то чудесным образом узнаешь о вторжении, да ещё и угадываешь, кто именно пришёл.

Элизабет бросила за спину короткий взгляд и задорно ухмыльнулась:

- Мастерская – это моё логово, понимаешь? Моя территория! И я просто чувствую, когда её границы нарушают. Но, если серьёзно, то такая способность внезапно проявилась у меня всего пару месяцев назад. Да и с уверенностью определить я могу только тебя. Удивительно, не правда ли?

Эдвард Боунс, уже приготовившийся рухнуть в кресло, так и замер в нелепом положении на полусогнутых ногах. Ошарашенно выпучив глаза, он прошептал:

- Ты же не хочешь сказать, что…

- Именно это я и хочу сказать, - улыбнулась Элизабет, откладывая кисть на палитру и направляясь к шкафчику, стоящему у стены. – Сейчас я уже уверенна, что мне не кажется. Эта способность работает вполне стабильно, ну а раз я ощущаю только твоё приближение, а ты у нас единственная мета в радиусе двух километров, то…

Мужчина всё-таки смог усесться в кресло и шумно выдохнуть, но уже в следующую секунду он раскатисто расхохотался и на радостях хлопнул себя по бедру.

- Моя девочка! – гордо заявил он, ткнув в сторону Элизабет указательным пальцем. – Это же потрясающая новость! Начать чувствовать потоки силы в двадцать лет – это просто отличный результат. Ты точно вознесёшься, моя умница! И это произойдёт уже скоро! Чарльз! Чарльз, иди сюда!

Не прошло и пяти секунд, а старый слуга уже вошёл в мастерскую и поклонился.

- Господин?

- Неси мне бутылку бочкового. Того, который семидесятилетней выдержки, на дубовой коре. И сигару, из тех, что мне подарил этот старый скряга Уолис, - деловито перечислил поручения глава семейства. – Ах да, ещё отмени все встречи, назначенные на вечер. У меня сегодня праздник, и я планирую провести его в компании хорошего коньяка и добрых сигар. Дела подождут.

- Да, милорд, - вновь отвесив поклон, дворецкий удалился.

Элизабет, хорошо знавшая повадки своего отца, уже вернулась, держа в руках хрустальную пепельницу. Поставив её на журнальный столик, девушка и сама присела в свободное кресло напротив.

Эдвард не спешил заводить разговор. Он откинулся назад и мечтательно покачивал головой, прикрыв глаза. Вскоре он даже начал мычать себе под нос какую-то мелодию, притопывая в такт носком ботинка. Элизабет тоже молчала и улыбалась. Её отец – суровый глава клана, лишь в кругу семьи превращался в лёгкого на подъём, весёлого и ироничного мужчину. И его дочь очень ценила такие моменты.

Когда старый слуга поставил на столик графин с коньяком, пузатый бокал и сигару с гильотиной на специальной лакированной подставке, глава семейства сразу потянулся к своим любимым «игрушкам». Лишь сделав глоток благородного напитка и выдохнув густое облако ароматного дыма, он внезапно замер, будто опомнившись. Медленно переведя взгляд на дочь, насмешливо поглядывающую на него, он укоризненно произнёс:

- Умеешь же ты, Элизабет, сбить с толку! Я чуть не забыл с каким разговором к тебе пришёл! Напрочь из головы вылетело, от твоих новостей. Кстати, ведь через пару часов твой знакомый подъедет…

Бросив последнюю фразу, Эдвард приготовился к бурной реакции. Но, вопреки его ожиданиям, дочь продолжала спокойно сидеть в кресле, иронично склонив голову.

- Не понял… - озадаченно почесал подбородок мужчина. – По всем правилам ты сейчас должна спохватиться и сорваться с места. Ну там краситься, выбирать платье, делать причёски – все эти ваши бабские штучки…

И вновь Элизабет удивила отца. Всё, что изменилось в ней после сказанных слов – к наклону головы добавились слегка приподнятые брови.

- Дама из знатного семейства должна выглядеть надлежащим образом, когда встречает гостей? – предпринял очередную попытку Эдвард, на этот раз уже неуверенно. Скорее, с вопросительной интонацией, а не с утвердительной.