Тени Скарлайга

Корпорация. Научно-исследовательский центр по изучению виртуальных миров.

Местоположение засекречено

— Наши изыскания продвигаются… недостаточно быстро.

Произнесенные спокойным тоном, без особого накала эмоций, эти слова тем не менее произвели впечатление на собравшихся в помещении. Хорошее такое впечатление, сопоставимое с ушатом ледяной воды за шиворот. На всех, кто тут присутствовал. Разве что стоящая за спиной говорившего тень осталась безучастной. Ну так этот человек и был тенью — той самой тенью, которая должна обеспечивать безопасность охраняемого тела. Что же до интеллекта… Он в данном случае не входил в круг основных обязанностей, хотя и присутствовал.

— Я жду объяснений.

Трое мужчин и одна женщина, сидящие по обеим сторонам стола, переглянулись, словно выбирая, кто первый примет на себя удар начальственного гнева. Наконец один из них тяжело вздохнул и заговорил:

— Все не так просто, мистер Степлтон. Люди, умеющие переноситься в виртуальные миры ПОЛНОСТЬЮ, уникальны. Кроме того, почти все они не горят желанием обнародовать свои таланты. На сегодняшний день нам известны… Мануэлла?

— Четырнадцать достоверных случаев полного переноса в тот или иной виртуальный мир. Всего таких миров три, наибольшее количество, а именно восемь из перенесенных, оказались в Тенях Скарлайга.

— Остановимся на этой восьмерке.

— Как пожелаете, лорд Пэмсборо. Личности троих установить пока не удается, хотя работы в этом направлении ведутся. Двое абсолютно нам подконтрольны, находятся на полном содержании и разделяют наши взгляды.

Доселе молчавший мужчина саркастически хмыкнул в ответ на такое заявление, чем вызвал вопрос со стороны Мануэллы:

— Я что-то упустила, мистер Лехман?

— Эти двое обладают минимальным интеллектом и полным отсутствием фантазии, поэтому пригодны быть лишь ограниченными исполнителями нашей воли. Удручает отсутствие способности адекватно и гибко реагировать на изменения в окружающей обстановке. А это, в свою очередь, влечет ошибки. Нам нужны более талантливые исполнители. И у нас был один такой…

— Который сбежал и теперь только рад при удобном случае устраивать нам каверзы в меру своих сил. Одну за одной. Я уверена…

Дзин-нь! Звон колокольчика пресек разгоревшуюся было склоку в мгновение ока. Председатель этого собрания обвел взглядом своих подчиненных, словно прибивая скандалистов к креслам крупнокалиберными гвоздями. Но ничего не сказал, лишь дал отмашку продолжить разговор.

— В общем, я почти закончила. Помимо перечисленных остаются еще двое. Их имена нам известны, но как-либо воздействовать не представляется возможным. Другой мир нравится им больше нашего, да и крепких связей здесь не наблюдается, надавить на них мы просто не в состоянии. Поэтому я предлагаю сконцентрироваться на уже имеющихся двух… хм, инструментах и планировать действия исходя из их возможностей. Фронт работ весьма широк. Ну а ограниченность этих двоих можно скомпенсировать. Надеюсь…

— Это нельзя скомпенсировать. Говорю вам как человек, который больше всех остальных тут собравшихся понимает в развитии искусственного интеллекта и прогнозировании воздействий на виртмиры изнутри.

— Мы слушаем вас, профессор Тормасов, — благосклонно кивнул Степлтон. — Никто даже не думает сомневаться в ваших способностях.

— Еще бы вы сомневались, — самодовольно усмехнулся тот, подергав себя за кончик уса. — Без моих алгоритмов виртмиры так и не достигли бы нынешнего уровня, да-с. Правда, не удалось учесть их склонность к самостоятельному развитию, но это тоже дает серьезные перспективы и исходящие оттуда возможности. Ах да, я отвлекся.

— Заметно…

— Не язвите, лорд, вы тоже в этом замечены. Особенно когда дымите своими кубинскими сигарами. Но к делу. Люди-уникумы, сумевшие оказаться внутри виртуальных конструктов, этих зародышей новых миров, для полноценного влияния должны обладать высоким интеллектом и гибкой психикой, способной принимать иную, порой очень сильно отличную от привычной реальность. Принимать не в качестве игры, а именно в качестве другого, но столь же полноценного мира. Двое же наших… объектов, при помощи которых мы пытаемся воздействовать на Скарлайг, этими качествами как раз не обладают. И никакая «личная преданность» не способна компенсировать. Не хмурьтесь, мистер Степлтон. Вы хоть и глава нашей корпорации, но этот пост все равно не позволяет добавить ума и сообразительности тем, у кого он генетически не заложен. Увы-с, но это есть факт.

На какое-то время в помещении воцарилась тишина. Впрочем, всего на несколько секунд. Заметно помрачневший председатель, которого ткнули носом в аспект бытия, в коем деньги не способны добавить подчиненным ни ума, ни кругозора, выцедил полстакана виски, закусил несколькими орешками и проворчал:

— Проф, я давно вас знаю. Наверняка есть идеи.