Тень деформации

Полёт в Сегментум Обскурос, в относительные окрестности Окуляра Трепета, занимал около четырёх месяцев. Но и дел на этот период выходило весьма немало: от выявления «маячка» или «стукачка», наводящего на Милосердие несунов, до тренировок в новом «звёздном» теле и обновления арсенала.

Да и Кристина начала проявлять повышенный (сверх привычного) энтузиазм к взаимному горизонтальному времяпрепровождению, причём у тела базово алибидимного астартес появились явно превышающие мои прежние потребности. Устраивать тереньтетке скандал с разборками и битьём посуды я не стал: и так ясно, что она, ясны причины, а претензии пусть и в некоторой степени обоснованы, но… Если рассматривать наши ВЗАИМОотношения, а не мои персональные хотелки и пожелалки, то претензии выходят несостоятельными.

Правда, радость я Кристине несколько подпортил (не в полной мере, но всё же), так как в силу последних пертурбаций с моими многочисленными и частично мёртвыми телами, развитием псионики и прочими моментами, «настоящий я» уверенно и безоговорочно доминировал над любыми телесными стремлениями. Соответственно, и время с делами я распределял по своему разумению, а не телесным порывам.

Вот только (к явной радости тереньтетки) дел оказалось у нас с ней несколько меньше, нежели я думал: начав поиск маячка с ангарной палубы, там мы его и обнаружили. Причём, в таком виде, что подозрения к экипажу фактически пропали, образовав взамен несколько безответных вопросов.

А именно, в десятке метров от створки центрального шлюза ангарной палубы, СНАРУЖИ был прикреплён маячок, в виде этакого штыря-копьеца. Загнанный в броню Милосердия на довольно ощутимую глубину. Соответственно, быть размещенным «изнутри» он мог весьма маловероятно.

А вот откуда он, когда появился на Милосердии, были теми самыми вопросами, весьма безответными. Теоретически, те, кто мог его прикрепить, были либо коллеги, либо тот же ассасин-кулексус. Никто более Милосердию на достаточное расстояние со времени схода его со стапелей не приближался.

Хотя исключить некоего несунского наймита на изготавливающей Милосердие орбитальной верфи также нельзя. Точнее не на ней самой, а в системе Бакка. И тогда, выходит, что Хор несунов в Геллефирианском Секторе был конкретно по мою душу. А направление туши расчленённого тёмного апостола с выцарапанной на нём имперской аквилой, на порог демонпринцствующего Лоргара ни черта не «запутало» несунов.

А наоборот, неиллюзорно подпалило им корму, а в несомненной виновности сего подпаления некоего Терёхи сомнений у предателей не возникло. Так что, благожелательное приветствие ножиком от несунов, с последующим уничтожением моей тушки, очевидно — прямое следствие моих действий. И Лоргарчик весьма возбудился и жаждет терёхиного упокоения не фоново, в рамках «награды за башку», а весьма конкретно.

И выходит, что я «переезжаю» в Сегментум Обскурос весьма своевременно, заключил я. А то превратил бы Сегментум Темпестус в безобразный ринг для бодания меня с несунами, причём кто, как и когда победит — непринципиально. Невиновным и непричастным достанется по полной, невзирая ни на что. Ну а в Сегментуме Обскурос эти упыри хулиганят базово и системно, по причине географической близости, так что моя персона общую ситуацию не только не ухудшит, но и улучшить может при толике везения.

Вообще, по моим прикидкам выходило, что надо закончить взятое расследование, что, в общем-то, просто прилично. После же явиться в местную Крепость Ордена Инквизиции, которых весьма «проблемный» Сегментум Обскурос имел аж три штуки. Вдобавок к тому, две из них были «мобильными», выполненными в виде всё тех же Звёздных Баз «Рамилес».

Ну а после явки общего «здрасти» коллегам, брать чисто «демонические» расследования в окрестностях Очка Трепета, со связью с весьма внушительными флотскими соединениями. И, ежели всё так, как мне видится, несунам можно нанести весьма ощутимый урон. Конечно, если пресловутая «воля мифа» существует, если это миф тот, о котором я думаю, а не миф «о глупом Инквизиторе с запредельным ЧСВ». И такой вариант исключать нельзя, с уместной самоиронией заключил я.

И помимо озарений «гениальным» мозгом, не устроившим, в отличие от предыдущего, самоубийственную забастовку (этим невинным эвфемизмом я обозначал хронические приступы лени и тупости последнего года-двух моего бытия), решал я и другие, весьма актуальные задачи.

Вопрос с тренировками был весьма востребован и принёс довольно приятные плоды: без сопроцессора я, безусловно, тормозил, по сравнению со скоростью мышления в оном. Псайкерством мне этим варповым теоретически заниматься можно… если Кристина ПЕРЕДАЁТ мне энергию имматериума, пропущенную через неё. В остальных случаях попытка осуществить псайкерское воздействие напоминало цунами в посудной лавке, причём моя «условная неуязвимость», на которую были надежды, оказалась иллюзией.