Темный призыватель. Том 3

Наконец-то все висевшие на мне дела были завершены. Я вытащил Лену из мира демонов, продемонстрировал свою силу юному поколению аристократии империи, ну и параллельно наконец-то поставил изучение своих возможностей и призывов на научную основу, чтобы иметь представление о том, что я умею. Интуитивное понятие процессов призыва меня, конечно, спасает, но кто его знает, как будет дальше? А так, возможно, удастся с помощью Ходкевича получить правдоподобные данные, с которыми потом можно будет работать. Ну и то, что я с этого имею определенный доход, тоже немаловажно.

Остальные же перипетии жизни за последние два года были уж слишком насыщенными событиями. Привык я как-то к другому темпу жизни, да и не наваливалось на меня столько всего. Одно то, что с Лазаревой связался, чего стоит.

Кстати, о последнем... До званого вечера, где мы с Ариной официально объявим о своей помолвке, осталось не больше месяца, а значит надо бы и мне входить в курс дел, и я уже знаю, чем мне надо в первую очередь заняться.

Арина не так давно обмолвилась, что благодаря разработкам мамы была спасена жизнь одного из членов императорской семьи и уже только это может послужить поводом, чтобы мне дали возможность основать род. Вот только лечил не я, а Христофор Иннокентьевич, и получается, что в этом будет его заслуга. Пускай я и уважаю патриарха рода Лазаревых, но быть обязанным ему в этом вопросе не хочу. Благо от матери мне достались ее наработки и не все из них были отданы Лазареву. Мне они были бесполезны, так что я с чистой совестью мог отдать их в дар императору и не огорчаться о возможной потерянной прибыли.

Свои же наработки я никому отдавать не собирался, да и не думаю, что они заинтересуют правящую семью — уж слишком сильно все было заточено под мои силы, а второго такого же призывателя я не встречал.

Моя будущая первая жена с утра уехала на учебу и сказала, что вернется только после работы в клинике. Там ей предстояла какая-то сложная операция, так что вполне возможно, что приедет поздно.

Лена же была занята тем, что закрывала свои последние долги. Насколько я понял, ей осталось всего несколько предметов, так что черноволосая красавица хотела как можно быстрее закрыть этот вопрос и наконец-то начать наслаждаться каникулами. Ей в этом помогала все та же троица, правда, не в полном составе. Парни разъехались по своим родовым домам, решая внутренние вопросы семьи, и лишь одна Алиса осталась в столице, так как ее присутствие дома было не обязательным. Чем, собственно, девушка и воспользовалась, чуть ли не поселившись у нас, занимаясь вместе с Леной. Это доставляло некоторые неудобства, но пока было терпимо.

В кое-то веки Скуратов тоже позабыл обо мне, больше занятый делами с похитителями проклятых артефактов, раскручивая сеть их поставок благодаря владельцу того антикварного магазина, который умудрился с помощью песочных цветов «заморозить» нас. Как вспомню... хорошо, что Миямото был со мной, а то кто знает, чем бы все это закончилось.

Так что я был предоставлен сам себе и мог заняться делами, напрямую связанными с созданием будущего рода. Собрав необходимые документы по исследованиям моей мамы, я, заведя чоппер, выехал с территории поместья. Направившись сразу в центр города, я вскоре был перед зданием Евгенической службы империи.

Вообще, все магические рода так или иначе были сведущи в данной теме, так как почти с самого начала было понятно, что магический удар усиливается, если оба родителя сами являются сильными магами, да еще желательно, чтобы оба имели одну и ту же расположенность дара. После того, как магия стала возвращаться в наш мир, восстановление могущества родов, что еще продолжали свое существование, несмотря на века упадка, стало для многих главной целью. Именно в этот момент евгеника стала тем научным направлением, что позволило более точно отбирать кандидатов в род, чтобы сделать его еще могущественнее. С этого момента в каждом крупном роду была своя служба евгеников, что рассчитывали, союз с кем будет выгоден не только в политическом плане (этим вопросом и так занимался глава рода), но еще в ключе того, чтобы потомки становились более могущественными магами.

Небольшим ответвлением от этого было то, что за время упадка магии многие рода растворились в истории, но их потомки до сих пор были живы и порой их гены и возможности дара были на исключительном уровне. Из-за этого их готовы были принять в род и предложить богатство и влияние, недоступное простолюдинам.

Так, за несколько десятилетий, евгеника, как наука, выделилась в особо важное направление. Причем она не основывалась только на научных методах: маги — это не только гены, но и дар. Тут бы надо это направление уже называть по-другому, но все как-то привыкли, что родство в первую очередь определяется общностью генов, так и оставили все как было.