Темный матукай (СИ)

Пролог

По одной из улиц Нар-Шаддаа шли мужчина и ребенок.

Казалось бы, и что тут такого? Ребенок был похож на мужчину, и было понятно, что это его сын. Вот только никто не мог точно разобрать, к какой расе относилась эта пара. А уж на Нар-Шаддаа имели возможность видеть чуть ли не все расы Галактики.

Худоба и изящество, а также несколько заостренные уши наводили на мысль об арканианцах, но это предположение угасало, едва появившись. И для этого не надо было пересчитывать пальцы, достаточно было взглянуть на иссиня-черные шевелюры и на лица, разительно отличающиеся от арканианцев и их полукровок. Если белобрысые расисты за века игр с геномом смогли добиться мягких, несколько кукольных черт лица, то у этих прохожих лица были с резкими чертами. Красивые, но той естественной красотой хищников, которая никогда не просматривалась в арканианцах.

Тем временем навстречу этой паре из переулка вывалилась компания личностей, внешний вид которых прямо кричал о принадлежности данных особей к уличным бандитам.

— Слышь ты, как тебя там, Шамо, что ли… — главарь этой кучки сброда сплюнул. — Тебе что, в прошлый раз не объяснили, как плохо бывает тем, кто не расплачивается с долгами?

— Это когда и кому я задолжал? — равнодушно спросил мужчина, обращая на гопников не больше внимания, чем на мусор.

— Деловым людям. Тебе разве не говорили, что перехватывать перед носом сговоренный корабль — нехорошо?

— И вы хотите сказать, что продажа отличного новенького фрахтовика даже ниже, чем за полцены, — это справедливая сделка? А свеженанесенные побои — это предоплата? — ехидно усмехнулся мужчина. — То-то хозяин фрахтовика, услышав мое предложение, не думал и пяти секунд, получив возможность выручить нормальные деньги за корабль.

— И при этом не уплатив нам должок… — ощерился главарь.

— Так вот на что вы раскручивали простака, — мужчина принял свободную, обманчиво-расслабленную позу, отодвигая сына за спину. — А он отчалил. И скорее всего — на корабле хаттов, помахав вам на прощание. Что поделать, придется вам и дальше возить спайс на дырявых ведрах, по ошибке принимаемых за корабли.

— Он улетел, а ты остался… — банда начала медленно рассыпаться полукругом, охватывая своих жертв, а стоящий впереди главарь отвел полы куртки, демонстрируя рукоятки бластера и виброножа. — И платить придется тебе. Но мы добрые: помимо корабля, отдашь немного деньжат, и на этом твой косяк замнем. А вот про твое будущее поговорим уже потом и не здесь.

— И как вы меня заставите? — бесстрастно спросил мужчина.

— А мы и заставлять не будем — ты сам отдашь, — глумливо ухмыльнулся вожак.

Внезапно появившийся откуда-то сзади иктотчи сграбастал ребенка и отскочил в сторону. Остановившись, он поудобнее перехватил мальчика, и тот не упустил момента — выхватив крошечный, под детскую ладонь, причудливо изогнутый кинжал, он вонзил его в руку своего пленителя. Вот только клинок был маленьким, и ранение только больше разозлило иктотчи, отчего тот с ругательством отбросил ребенка. Маленькое тело, пролетев несколько метров, впечаталось спиной в стену, попав затылком в соединительную коробку энергокабелей. Старый дешевый пластик не выдержал, и голова мальчишки коснулась оголенных контактов. Сверкнула вспышка дуги, легкое тело отбросило от стены, но глубокие, почти до кости, ожоги и поза ясно свидетельствовали о смерти.

Главарь перевел взгляд на отца ребенка, и слова застряли у него в горле, а по спине словно сыпанули ледяной крошкой — на него смотрела его смерть. В следующий миг все утонуло в вспышке боли. Следующие несколько мгновений превратились в бойню, в которой банду просто рвали на части.

За это время опешивший иктотчи смог нащупать рукоятку бластера и вытащить оружие. Вскинув бластер, он готов был выстрелить в спину мужчине, когда замеченное краем глаза шевеление тела ребенка заставило его повернуть голову в ту сторону. Глаза бандита расширились в изумлении, но это все, что он успел сделать — в следующее мгновение его просто смело, впечатав в стену.

Дорезая одного из оставшихся противников, мужчина обернулся и едва не выронил свой клинок — его сын сидел, опираясь на руку, а другая была поднята, будто он кого-то отталкивал, и направлена к отброшенному неизвестной силой иктотчи.

Забрав бластер главаря, мужчина практически мгновенно добил остававшихся в живых и бросился к сыну. Подхватив снова потерявшего сознание ребенка на руки, он быстро покинул место схватки.

Все случилось до омерзения банально: меня пристрелили в обычной уличной потасовке. Которая и началась-то так же банально — вступился за девушку.

Впрочем, обо всем по порядку. В тот вечер я решил по-быстрому сгонять в ближний магазинчик за маслом — не уследил, закончилось.

И по пути в магазин краем глаза я засек нездоровую возню в темном пятачке за одним из домов. Я бы и прошел мимо, по хорошо усвоенному нынешнему поганому правилу «Тебя не трогают — иди мимо». Вот только приглушенный возглас с характерным акцентом сразу привел в боевую готовность.