Теломерон. Таблетки от бессмертия

Приспущенные шторы создавали сумрак в просторном, скудно обставленном кабинете. Выстуженный и отфильтрованный кондиционером воздух был идеально прозрачен. На низкой антикварной кушетке с изогнутыми ножками полулежал длинноволосый молодой человек в измятом холщовом комбинезоне. В руках он держал небольшой черный шар. Время от времени он поворачивал его, постукивая по гладкой поверхности. Расфокусированный взгляд мужчины тупо упирался куда-то в пустоту, придавая лицу слегка безумный вид.

Раздался мягкий звуковой сигнал. В кабинет вошла хрупкая девушка в простом льняном платье.

— Здравствуйте, Мариус, — сказала она.

Длинноволосый будто пришел в себя. Он отложил шар управления виртуальной реальностью на специальную подставку на столике и вполне осмысленно посмотрел на девушку.

— А, Лукреция! Я вас ждал. Проходите. Присаживайтесь, — он указал на обитый белой кожей диванчик напротив себя. — Мне сообщили, что у вас хорошие новости. Определились с подопытным?

— Кажется, да, — девушка неуверенно кивнула.

Глубокие складки прорéзали идеально гладкий лоб Мариуса:

— Ответ неудовлетворительный.

— Я практически уверена, что он подойдет. Думаю, имеет смысл попробовать.

Мариус сложил на животе сцепленные в замок руки, ссутулил плечи.

— Продолжайте, — попросил он устало. — Опишите экземпляр. Почему вы считаете, что он годится для нашей ролевой модели?

Лукреция принялась перечислять, загибая пальцы:

— Во всех смыслах пассивная личность. Плывет по течению, выбирает только легкие пути. Не амбициозен. Доволен своим социальным статусом и не проявляет желания изменить текущее положение вещей. В общественных организациях не состоит и не поддерживает никаких социальных движений. Хобби не имеет. Сексуальная активность ниже среднего: всего один постоянный партнер на протяжении нескольких лет. Законопослушен за исключением мелкого мошенничества. Индивидуалист. Никогда не участвовал в лотерее.

— Ни разу?

— Именно так.

— Хм. Это интересно, — Мариус покачал головой.

— Я думаю, у нас есть шанс получить ответы на некоторые вопросы.

— Хорошо. Даю вам полную свободу, но требую ежедневных отчетов. Действуйте по обстоятельствам, однако ресурсами не злоупотребляйте. На вас огромная ответственность, не забывайте. Вся информация об эксперименте будет передана специальной комиссии Совета Объединенных Наций, — Мариус потянулся за шаром. Лукреция поняла, что прием закончен. Она поднялась.

— Спасибо, — сказала она, коротко кивнула и направилась к выходу.

— И еще…

Девушка обернулась.

— Приведите себя в порядок, войдите в образ. К чему эта пышная шевелюра?

Лукреция неловко поправила высокий начес на затылке.

— Вы слишком стараетесь походить на ту, кем не являетесь.

— Заходи скорее, чуть не опоздал. Сейчас начнется, — бросила Валя, открыв дверь, и убежала назад в комнату.

— А где же «Здравствуй, любимый!» — Никита скинул тяжелые туфли, повесил на плечики черный пиджак. Подчинившись голосовой команде, стенной шкаф уехал в нишу. — Эй? — Никита заглянул в комнату.

— Ну что ты пристал? Я же говорю, сейчас начнется, — девушка подобрала ноги на диван. Заворожённый взгляд приклеился к экрану.

— Да мы с тобой за этот рекламный блок ребенка успеем сделать.

— Замечание не в твою пользу, — ухмыльнулась Валя. Вытатуированный котик над бровью выгнул спину.

Никита бросил взгляд в зеркало, отметил, что пора бы ему побрить голову и пошел к Вале.

— Почему никогда не спросишь, как прошел мой день? Как дела на работе? — он загородил широкой спиной экран, транслирующий Ю-визор.

— Ты издеваешься, да?!

— Ну, а что?

— Хорошо, — Валя нахмурилась и посмотрела на Ника из-под густой малиновой челки. — У тебя есть две минуты, чтобы рассказать, как прошел твой рабочий день. А потом ты оставишь меня в покое и дашь спокойно посмотреть трансляцию.

Никита довольно сложил руки на груди.

— Хавецкий был прав, голубые гробы рулят! — заявил он. Ноздри девушки дернулись, но она смолчала. — Не успела прийти партия, разошлась как горячие пирожки. Только сегодня пять похорон, и все голубые. Нескольким пришлось отказать.

— Клиенты, наверное, расстроились, — процедила Валя, нетерпеливым жестом потребовала не загораживать и растянула экран пошире.

— А еще мы хороним таймера.

— Что?! Как? — она наконец-то проявила интерес.

— Хавецкий целый день его штукатурил.

— Да ну тебя! От чего он умер?

— Авария.

— Он что, сам вел автокар?

— Ага.

— Сумасшедший! — покачала головой Валя. — А таблетки кому?

— Я спрашивал, но он не ответил.

— Оч смешно.

Заиграла бравурная музыка, и Валя сразу потеряла всякий интерес к нелепо погибшему таймеру. Рука девушки нырнула в карман домашнего комбинезона. Цепкие пальчики выудили переливающийся серебром билет. Валя уставилась на экран и замерла.

— Откуда он у тебя? — недовольно спросил Никита.

Валя и не подумала ответить, тем более, что не слышала теперь Никиту. Она сосредоточенно внимала стандартному приветствию девушки-гомункула.