Танец для живых скульптур

Иннокентий А. Сергеев

ТАНЕЦ ДЛЯ ЖИВЫХ СКУЛЬПТУР

Глиняные куклы бывают мужчинами и женщинами, дорогими и

дешёвыми. Они сделаны из земли и, когда они разобьются, снова

уйдут в землю. Таков человек.

"Гуань инь-цзы"

И вот, когда прежнее умерло, я пишу мою жизнь такой, какой она

происходит во мне теперь, когда меня нет больше.

Король Манекенов

1

"Может, её и дома не будет",- подумал я. - "Это было бы даже лучше, хотя... Надо было позвонить, ведь это всё равно неизбежно. Если её нет дома, придётся придти ещё раз... Всё равно придётся. Хорошо бы холодного пива, а потом, ближе к вечеру, выпить кофе. Ладно, на обратном пути. Ничего не говорить ей сразу. Хотя, почему бы и нет? Она ещё ничего не знает. Она не ждёт, может быть, собирается куда-нибудь сегодня вечером... Ничего не объяснять, просто сказать всё, и уйти. И разом покончить со всем этим".

Ну вот я и на месте.

Солнце, во всём мире солнце, и только здесь, в подъезде полумрак. И тихо. Где-то хлопнула дверь, кто-то идёт, спускаясь по лестнице.

Я нажал на кнопку звонка. Нажал ещё раз.

Замок щёлкнул, и дверь открылась.

- Привет,- сказал я, протискиваясь в прихожую.

- Может, хотя бы разуешься?- крикнула мне вслед Крис.

Я был уже в комнате. Она вошла за мной.

На журнальном столике стояла початая бутылка "Столичной" и пустой гранёный стакан. Только что выпила. Наверное, залпом, и пошла открывать.

Я обернулся.

- Привет,- сказал я.

- Ну, привет,- сказала она.- Давно не виделись.

- Может, нальёшь мне тоже?

- Наливай сам, если хочешь. Я тебе не прислуга.

Её тон, резкий и агрессивный, вдруг совершенно успокоил меня. Мне стало весело и хорошо.

- Кажется, я некстати?

- Вот ещё!

Она прошла мимо меня и плюхнулась в кресло.

- Я тебе не помешал?

Она не ответила. Не глядя, взяла бутылку, отвинтила крышку и плеснула в стакан.

- Ну вот, пролила,- сказал я.- Теперь полировка испортится.

Я принёс с кухни тряпку и стакан для себя.

- На, вытри.

- Чего ты раскомандовался?

- Вытри, а то следы останутся.

Она не пошевелилась.

Я поднял бутылку, вытер полировку и бросил тряпку на подоконник.

- Чего усмехаешься?- мрачно сказала она.

- Ничего, настроение хорошее.

- Я, кажется, просила тебя разуться!

- Ну, не сердись,- примирительно сказал я.- За что пьём?

Она не ответила.

Я сел на диван и налил себе водки.

- Тебе тоже?

- А ты как думаешь?

Я налил ей тоже.

- В такую жару пить водку,- я покачал головой.- Давно у тебя запой?

- У меня не бывает запоев.

- Да? Ну ладно. Так за что?

Она достала сигарету из пачки, закурила. Молча взяла свой стакан.

- Слушай, чего ты надулась?

- Я? Надулась?

- Ну да,- сказал я.- Кажется, ты уже всё знаешь.

- Что я знаю?

- Иначе бы ты не вела себя так.

- Что я знаю?

- Я не знаю, что ты знаешь, но иначе бы ты не вела себя так.

- А как я себя веду?

- У тебя пепел сейчас упадёт.

- Я что, звала тебя сюда? Звонила, может быть, умоляла придти?

- Ладно,- сказал я.- Давай выпьем. За твой цвет лица.

Она стряхнула пепел с сигареты в водку.

Я поморщился.

- Ну зачем это?

Она выпила залпом, опустила голову, прижав подбородок к груди, и, посидев так несколько секунд, поставила стакан на столик.

- Чтобы испортить себе цвет лица. Между нами ведь всё кончено, ты это ведь пришёл сказать? Или ты хотел соврать что-нибудь? А я тебя обломала, да?

- Да нет...- сказал я.- Я не собирался тебе врать.

- И не надо ничего изображать. Может быть, ты считаешь меня дурой, но я не дура!

- Я не считаю тебя дурой.

- И убиваться не стану. Подумаешь, ценность!

- Значит, я никакая не ценность, да? И то, что между нами было, тоже никакая не ценность.

- Ничего между нами не было,- отрезала она.

- Вот как.

- Ты и удовлетворить-то меня толком не мог никогда.

- У тебя язык заплетается.

- Заткнись! Не знала я, что ты такой ублюдок.

- Конечно, не знала. А иначе как бы ты могла со мной трахаться?

- Не знала, что ты такой ублюдок,- с ненавистью повторила она.

- Ты вообще ничего обо мне не знала.

- А о тебе и нечего знать.

- Это ты так думаешь.

- Чего ты не пьёшь?

- Да ничего,- сказал я, поставив стакан.- Не хочу я пить.

- А что так? Она тебе не разрешает, да? Ах ты бедненький!

- Просто не хочу, и всё. И тебе не советую. Тем более в такую жару.

- Проживу как-нибудь без твоих советов, ладно?

- Да мне-то что,- пожал я плечами.

- Ах да! Я и забыла, вы же теперь во всём приличный обыватель.

- Разве?

- Она у тебя богатая, да? И, наверное, не чересчур молодая?

- А какое это имеет значение?

- Ну, не знаю.

- А если да?

- Мне всё равно.

- Нет, тебе не всё равно. Тебя это бесит.

- Да пошёл ты!- сказала она, раздавив в пепельнице окурок.

- Вот именно. Бесит.

- Я знала, что ты придёшь.

- Именно сегодня?

- Обязательно придёшь.

- И что, готовилась?

- Пришёл просить отпущения грехов?

- Разве похоже, что я пришёл чего-то просить? И потом. Отпущения просят у умирающих.

- Не дождёшься!

- А я и не жду.

- И не дождёшься.

- Это так обязательно, становиться врагами? Почему нельзя просто поговорить?

- Мне не о чем с тобой говорить.

- Да мне уже и не хочется.

Я поднялся, вышел на балкон и достал сигареты.